Мертвая зона

Он успел повернуться на каблуках и одним громадным шагом выйти — но именно выйти, а не выбежать из офиса, — пока фиксер набирал в грудь воздух для ответного залпа.

Еще и Смита вывел за локоть.

А Смит успел бросить многозначительный взгляд на Леху.

— Да обосрался здесь твой Институт! — крикнул Лоренцо в закрытую дверь. — Облажался по полной! А сейчас ты в аэропорт попрешься — и так тебя нахлобучат там, порка мадонна, что на карачках ползать будешь, вымаливая прощение! И никакой Институт не поможет! Ему жить-то осталось до весны! Разгонят вас нахер, дармоедов, так вам и надо!

Дверь не ответила.

— Уеду, — сказал Лоренцо уже нормальным голосом, только слегка охрипшим. — Вот отработаю вас и уеду. Не могу больше. Осточертело. Нон мэ нэ фрэга ун каццо!

— А это как будет по-английски? — осторожно спросил Леха из своего угла.

— Мне похрен, трахайтесь как хотите, — перевел Лоренцо, не глядя в его сторону.

И с размаху, так, что жалобно закряхтело старое кресло, уселся за стол.

— Чего ждешь, добрый полицейский? — буркнул он, по-прежнему не оборачиваясь. — Я в эти игры не играю. Сам добренький, аж противно...

— Я не добрый, мне только забрать спутниковый модуль. Он у вас в сейфе. Дайте пожалуйста.

— Ты на нем сидишь, — процедил Лоренцо. — И достань заодно бутылку джина.

Леха встал с ящика и пригляделся к нему. Длинный и зеленый, с неразборчивой в полумраке маркировкой, типичный «снарядный ящик». Леха отстегнул замки и поднял крышку. Чего там только не было. Виски, джин, вермут, коньяк, водка... и спутниковый модуль.

— Уеду в Лимпопо и гори оно все огнем, — вяло пробормотал Лоренцо. — Что за ирония судьбы, занюханная Лимпопо — единственная в Африке страна, с которой можно нормально работать. А еще говорят — социалисты... последний диктатор... марионетки Кремля... зато эти люди умеют держать слово! Никого больше не осталось, все с ума посходили.

— Какой вам джин? — Леха спрятал модуль в сумку и теперь, щурясь, рассматривал этикетки.

Может, это сумрак так влиял на восприятие, но жидкость в бутылках показалась ему одного цвета и одинаково мутной.

— Давай любой, он весь дерьмовый, я его как лекарство... И тебе самое время накатить дозу, если еще не пил сегодня.

— Спасибо, мне не надо, я принимаю таблетки.

Леха поставил на стол бутылку, пригляделся и понял, на что это похоже: ну бензин и бензин. Вовремя он про медицину вспомнил, алкоголь с ней действительно плохо совместим. А алкоголь цвета бензина уж точно.

— Ну и дурак, — равнодушно сказал Лоренцо. — Сразу видно, молодой. От Африки таблеток нет.

— Я в командировке, мне приказали.

— А прикажут идти в варзону — пойдешь?

Леха снова оглянулся на бутылку, представил, как разбивает ее об голову фиксера и почувствовал некоторое воодушевление.