Мерцающая луна

– Да-а-а, – согласно протянула я, ощущая, как мужские пальцы двигаются внутри, расширяя и проникая глубже.

Но мне этого было чертовски мало! Поэтому требовательно зарычала:

– И трахни меня уже! Пожалуйста!

Исчезнувшие на мгновение пальцы сменились куда большим и нужным.

– Да-а-а, – в очередной раз простонала я, и больше времени на слова не осталось.

Трей вколачивался в меня, забирая все без остатка. Не размениваясь на нежность. А мне она и не была нужна. Не сейчас. Мне был необходим только Трей. Весь без остатка. И я отдавала себя, чтобы взамен получить куда больше.

От нахлынувшего наслаждения меня скрутило в стальные жгуты, а из груди вырвался далеко не человеческий крик.

Правда его практически сразу заглушил Трей, впившись в мои губы.

Какое-то время я тихо постанывала, не в силах оторваться от своего идеального мужчины.

– Моя куколка, – пробормотал он и с силой втянул воздух.

Кого он пытался убедить меня или себя, я не поняла.

– Как будто кто-то спорил, – довольно улыбнулась я и осторожно стерла предательскую слезу.

А потом еще одну и еще, пока это не превратилось в бесконечный поток, с которым могло справиться разве что вовремя подставленное ведро. Но вместо ведра было плечо Трея, которое я обильно заливала и кусала в попытке сдержать рвущийся из груди вой. А мой идеальный мужчина стоял и терпел это все, сжимая меня так, словно удерживал над пропастью, в которую меня неумолимо затягивало.

Прийти в себя удалось далеко не сразу. Отгородиться от неприятных чувств получалось непривычно трудно. Словно, увидев благодарную «жилетку», я решила излить все свои горести. Вот только их объем и чернота откровенно пугали. Да и Трей совершенно не заслужил это все терпеть.

С силой втянула слишком загустевший воздух и сконцентрировалась на обоюдно крепких объятьях, на тепле, исходившем от моего оборотня, на аромате грецких орехов и меда.

Постепенно стена между мной и «пропастью» восстановилась, и я наконец-то снова была готова встать на ноги. Еще бы кто мне позволил это сделать…

Трей стоял неподвижной скалой. Пришлось недовольно поерзать, тем более край обувницы неприятно впивался в попу и уже хотелось с нее слезть. Без лишних слов меня подхватили под бедра и понесли наверх. На пол меня поставили только в душевой, где помогли избавиться от остатков одежды.

И все это в полном молчании.

Я не выдержала первая, потому что чувствовала себя виноватой за очередную истерику. Пока Трей настраивал воду, я коснулась его уже зажившего плеча.

Оборотень резко обернулся и одарил меня таким взглядом, что впору было бежать и лично сдаваться в психушку. Невольно отвела глаза, но ненадолго. Горячие ладони обхватили мое лицо и вынудили поднять его вверх.

– Тебе не за что просить прощения, Дана.