Карл Мёрк и отдел «Q». Книги 1-7

И мальчик явно это сознавал.

— Брось молоток, Самуэль, — приказал он и взглянул на Ассада. — Это была в чистом виде самооборона, ты ведь согласен, Ассад?

Тот откинул голову назад и выпятил нижнюю губу. Ответил он отрывочно, скорчившись в рвотном спазме:

— Ну конечно, мы ведь всегда едины во мнениях, Карл, разве нет?

Мёрк наклонился над негодяем, валявшимся на скользкой плитке с открытым ртом и выпученными глазами.

— Черт бы вас побрал, — прошептал преступник.

— Скоро черт приберет тебя, — ответил Карл.

Из леса донесся звук полицейских сирен.

— Если ты сознаешься во всем, что ты совершил, смерть будет легче, — шепнул Карл. — Сколько человек ты убил?

Он моргнул.

— Много.

— Сколько?

— Много.

Его тело сдавалось, голова свесилась на сторону, открыв жуткую рану на затылке. А заодно и красноватый шрам, тянущийся вдоль всей задней части уха. Изо рта послышалось булькание.

— Где Бенджамин? — поспешил спросить Карл.

Веки умирающего медленно закатились.

— Он у Евы.

— Кто такая Ева?

Он снова моргнул полузакрытыми глазами, на этот раз очень медленно.

— Моя сестра-уродина.

— Ты должен назвать мне имя. Мне нужна фамилия. Какое твое настоящее имя?

— Настоящее имя? — Он улыбнулся и произнес свои последние слова: — Меня зовут Чаплин.

эпилог

Карл утомился. Пять минут назад он швырнул папку с делом на кучу подобных папок, возвышающуюся в углу.

Распутано, завершено, прочь из системы.

С тех пор как Ассад повалил на пол подвала серба, много воды утекло. Люди Маркуса Якобсена занялись тремя новыми пожарами, однако старое дело о пожаре в Рёдовре, приключившемся в 1995 году, висело на отделе «Q». Просто война бандитских группировок слишком занимала обитателей третьего этажа.

Немало людей было отправлено под стражу, как в Сербии, так и в Дании; не хватало только пары признательных показаний. Видимо, они их так никогда и не получат, повторял Карл из раза в раз. По крайней мере, те сербы, которых они поймали, лучше потомятся пятнадцать лет в датской тюрьме, нежели пойдут на конфликт с теми, кто заварил эту кашу.

Остальное зависело от прокурора.

Мёрк потянулся и подумал на несколько минут прикорнуть в свете плоского экрана, с которого дикторы новостей «TV2» мололи всякую чушь о министрах, которые не в состоянии сесть на велосипед, не рухнув и не переломав себе кости.

Тут зазвонил телефон. Гореть изобретателю этого аппарата в аду.

— У нас тут наверху посетители, Карл, — раздался в трубке голос Маркуса. — Поднимитесь-ка к нам. Все втроем.

Стояла середина июля, а дождь лил уже десять дней подряд. Солнце, похоже, впало в спячку. И с какой стати им тащиться на третий этаж? Наверху наверняка так же темно, как и у них в подвале.

По дороге наверх Карл ни словом не обратился ни к Розе, ни к Ассаду. Проклятые каникулы.