Карл Мёрк и отдел «Q». Книги 1-7

Кажется, Бака действительно зовут Бёрге.

— Я прекрасно его знаю. Дело в том, что в отчете я не встретил упоминаний об этом. Вы не знаете, чем это объясняется?

— Не знаю. В дальнейшем он меня в подробностях об этом не расспрашивал. Возможно, это записано в заключении психологов и психиатров, но я его не читала.

— Я полагаю, что это заключение, вероятно, находится в «Эгелю», куда помещен Уффе.

— Наверное, да, но не думаю, что оно прибавит много нового к тому, что вы знаете об Уффе. Большинство, как и я, решили, что история с деревяшкой была вызвана каким–то мимолетным просветлением. Что, по сути дела, Уффе ничего не помнит и, наседая на него, мы никак не продвинемся в расследовании дела Мереты Люнггор.

— И тогда его выпустили из заключения.

— Да, так и было.

20

2007 год"

"— Просто не знаю, что нам теперь делать, Маркус. — Заместитель посмотрел на начальника с таким выражением, словно только что узнал о пожаре в его доме.

— И ты наверняка знаешь, что журналисты не предпочтут поговорить со мной или начальником отдела информации?

— Они настаивали на интервью с Карлом. Они беседовали с Пив Вестергор, и она посоветовала им обратиться к нему.

— Что же ты не сказал, что он болен, или уехал на задание, или отказался встречаться? Ну, что–нибудь в этом роде. Нельзя же отдавать его на растерзание этой своры! Журналисты ДР[19] вцепятся в него мертвой хваткой.

— Я понимаю.

— Ларс, надо заставить его отказаться.

— Эта задача скорее по плечу тебе.

Спустя десять минут хмурый Карл Мёрк появился на пороге начальственного кабинета.

— А, Карл! — начал Маркус Якобсен. — Ну, как успехи?

Тот пожал плечами:

— Могу сообщить, к твоему сведению, что Бак ни черта не знает о деле Люнггор.

— Вот как? Странно! Но ты–то знаешь?

Карл зашел в кабинет и плюхнулся в кресло:

— Не жди от меня чудес.

— Значит, у тебя нет ничего нового по этому делу.

— Пока что нет.

— Стало быть, мне лучше сказать журналистам из телевизионных новостей, что у тебя еще рано брать интервью?

— Не буду я, черт возьми, давать никаких интервью!

Душу Маркуса затопило облегчение, и вслед за ним на лице расплылась широкая улыбка.

— Я тебя понимаю. Когда ты с головой погружен в расследование, хочется, чтобы не отвлекали. Нам, в отличие от тебя, приходится считаться с требованиями общественности, но в работе над такими старыми делами, как твои, человек имеет право вести расследование не торопясь, в спокойной обстановке. Я так и передам им. Ты имеешь на это полное право.

— Не мог бы ты распорядиться, чтобы мне в подвал прислали копию личного дела Ассада?

Этого только не хватало! Уж не считает ли Карл, что Маркус — его секретарь?

— Ну конечно же! — тем не менее откликнулся начальник. — Я поручу это Ларсу. Ты доволен своим помощником?

— Поживем — увидим.