Карл Мёрк и отдел «Q». Книги 1-7

— Она говорит, что одно из имен было на его водительских правах. И еще она знает, где находится его пристанище.

Карл выпрямился.

— У нее есть адрес?

— Да. И еще, — ответил Ассад после очередного момента концентрации. — У него был голубой фургон. И номер фургона она помнит.

Потребовалась ровно минута — и все сведения были записаны.

— Я приступлю, — Карстен Йонссон поднялся и вышел.

— Исабель утверждает, что преступник проживает в одном из городов Зеландии, — продолжил Ассад и опять обратился к лицу женщины: — Исабель, только я не совсем понимаю, что за название. Оно заканчивается на «-лёв»? Не так? Вы говорите «-слев»?

Он кивнул после ответа Исабель. Название города заканчивалось на «-слев». Первую часть Ассад не мог расслышать.

— Мы прервемся, пока Карстен не вернется, хорошо? — обратился Мёрк к медсестре.

Та одобрила это предложение. Пауза пришлась как нельзя кстати.

— А я думал, вы собираетесь переводить Исабель, — выразил недоумение Карл.

Медсестра снова кивнула.

— Принимая во внимание обстоятельства, думаю, мы подождем несколько часов.

В дверь постучались, и вошла женщина.

— Карла Мёрка просят к телефону. Он здесь?

Карл поднял вверх указательный палец и получил радиотелефон.

— Слушаю.

— Добрый день. Меня зовут Беттина Бьельке. Вы искали меня, как я поняла. Я секретарь отделения интенсивной терапии, блок 4131. Именно я дежурила предыдущую смену.

Карл жестом подозвал Ассада, чтобы он тоже слышал разговор.

— Нам необходимо знать приметы человека, который посещал Исабель Йонссон незадолго до пересменка. Не полицейского, а второго посетителя. Вы не могли бы его описать?

Ассад слушал прищурившись. Окончив разговор, они переглянулись, качая головами.

Описание человека, покушавшегося на жизнь Исабель Йонссон, полностью совпадало с внешностью мужчины, вышедшего из лифта на первом этаже, когда они разговаривали с Карстеном Йонссоном. С проседью, около пятидесяти лет, желтая кожа, легкая сутулость и очки. Довольно далеко от образа подтянутого высокого парня сорока с небольшим с густой шевелюрой, который нарисовал им Иосиф.

— Значит, он хорошо замаскировался, — констатировал Ассад.

Карл кивнул. Они не узнали его, несмотря на то, что видели его фоторобот раз сто, не меньше. Несмотря на широкое лицо. Несмотря на сросшиеся брови.

— Боже милостивый, — вырвалось у Ассада, стоявшего рядом.

Очень мягко сформулировано. Они видели его, могли его потрогать, могли арестовать его; они могли бы спасти жизнь двум детям, лишь протянув руку и схватив его за рукав.

— Мне кажется, Исабель хочет еще что-то вам сказать, — позвала их медсестра. — А потом, думаю, нам все-таки придется прервать беседу. Больная очень устала. — Она показала на медицинские приборы.