Карл Мёрк и отдел «Q». Книги 1-7

Например, у них имелась барокамера для проверки прочности их изделий, в которой давление можно было поднять до шестидесяти атмосфер. Пожалуй, это самая большая барокамера, какую я когда–либо видел. И управлялась она самой современной аппаратурой. Уж если там контейнеры выдерживали проверку, то можно было не сомневаться, что оборудование атомной станции будет первоклассным. Вот как работали у Хенрика Йенсена! Во всем на самом передовом уровне.

Слушая его, можно было подумать, что старик сам держит акции этого предприятия — так он разгорячился.

— Вы, наверное, не знаете, где сейчас живет Улла Йенсен? — поспешил вставить Карл свой вопрос.

— Чего нет, того нет. Но это указано в регистре населения. Наверное, она там, куда переехало предприятие. Не могли же ее оттуда вытурить, насколько я понимаю.

— Так вы говорите, это где–то к югу от Копенгагена?

— Да, точно. Именно там.

И как можно сказать «точно, именно там», сообщая такие неопределенные данные, как «к югу от Копенгагена»?

— Если вас интересуют такие вещи, я с удовольствием приглашу вас к нам. Хотите подъехать? — спросил Карла собеседник.

Карл поблагодарил, но отказался, отговорившись тем, что сейчас находится в большом цейтноте. Принимая во внимание, что предприятие, подобное Рисё, вызывало у него лишь одно желание — переехать его тысячетонным катком, а затем продать расплющенные остатки подальше в Сибирь как материал для мощения дорог, принять любезное приглашение Йонассена значило бы злоупотребить и без того дефицитным временем.

Когда Карл наконец положил трубку, Ассад уже две минуты ждал на пороге, когда шеф освободится.

— Ну что? — спросил Карл. — Раздобыл нужное? Они там сверили персональные номера?

Ассад помотал головой.

— Мне кажется, тебе самому надо пойти наверх и договариваться с ними. Сегодня у них… — Он покрутил указательным пальцем у виска. — Совсем не то с головой.

К Лизе в секретариате Карл подошел осторожно, крадучись вдоль стены, словно мартовский кот. Сегодня у нее и впрямь был неприступный вид: волосы, обыкновенно уложенные в живописно небрежную прическу, гладко прилизаны, облегая голову, как шлем мотоциклиста. За спиной Лизы грозно сверкала очами фру Сёренсен, из кабинетов доносились громкие голоса. Беда, да и только!

— Что тут стряслось? — спросил Карл Лизу, поймав ее взгляд.

— Сама не знаю. Не можем зайти ни в один государственный архив. Как будто везде разом переменились коды доступа.

— Интернет вроде бы работает нормально.

— А ты попробуй зайти в регистр персональных номеров или в налоговый и посмотри, что будет.

— Так что тебе придется подождать, как всем остальным, — тусклым голосом объявила фру Сёренсен.