Карл Мёрк и отдел «Q». Книги 1-7

Ему пришла в голову кое-какая мысль. Блин, разве можно быть таким тупицей? Он попытался представить себе Гордона за работой. Боже правый, оказывается, можно!

Мёрк нажал на кнопку интеркома.

– А, так вот что так противно дребезжит! – заорал Ассад в трубку с противоположного конца коридора, оглушив самого себя.

– Ассад, я вовсе не с тобой хотел поговорить. Гордон, ты слышишь? Ты там вообще?

Что-то скрипнуло. Непонятно, что именно – то ли стул, то ли Гордон.

– Я надеюсь, ты запасся списком персональных регистрационных номеров всех учеников, а?

Мёрк сидел и кивал, прекрасно понимая, что Гордон этого не сделал.

– Нет, – подтвердил дурень интуитивную догадку Карла. – В школе сказали, что не могут мне их предоставить.

Карл зажег сигарету, смачно затянувшись. Мать его за ногу да об землю, неужели он никогда не поумнеет?

– Ты что, полный придурок? – заорал Мёрк. – Да это первое, что надо было сделать! Черт возьми, Ассад, расскажи ему, что у него имеется прямой доступ к регистру персональных номеров, и что вообще-то в народной школе ему обязаны предоставить всю информацию по первому требованию. Не говоря уж о том, что он обнаружит все номера в стенограммах допросов Хаберсота, если поищет хорошенько. Скажи ему, чтобы приступал к делу. НЕМЕДЛЕННО, понял?

– Нужно ли мне повторять ему это еще раз, если вы уже все сказали, босс? – заворчал Ассад в трубку.

Карл вновь глубоко затянулся и закашлялся.

– А ты чем занимаешься?

– Думаю над тем, что только что обнаружил. Скоро зайду к тебе с этим.

Карл отпустил кнопку. Какого лешего никто не хочет думать своими мозгами?!

Но он быстро взял себя в руки. Он мог бы спрогнозировать сложившуюся ситуацию."

"Покачав головой, Мёрк снова углубился в чтение бумаг Хаберсота.

…161151—4012.

Выдержки из допроса, 10/12 1997 г.

Вот что рассказала Сюнне Веланд об Альберте:

– Ну, не могу сказать, что была с ней близко знакома, ибо мы, пожилые люди, не так уж часто проводим время в компании молодежи. Средний возраст учеников того выпуска составлял двадцать шесть с половиной лет, и группа тех, кому за сорок, к которой относилась я, явно выделялась на прочем фоне; мы ощущали себя несколько поблекнувшими по сравнению с другими. Кроме того, вы наверняка уже в курсе: Альберта была одной их самых юных учениц. Честно говоря, она была моложе моей дочери и ненамного старше тех, с кем я прощаюсь после десятого класса. Но естественно, я общалась с ней, и, естественно, я ее запомнила, как и все, так как она была очень красивая и жизнелюбивая. А еще я заметила, что некоторые девушки, кажется, ревновали к ней, потому что парни, да и мужчины, если уж на то пошло, всегда на нее оборачивались, но тут едва ли можно было заподозрить что-то серьезное, подобное поведение считается нормальным в этом возрасте.