Карл Мёрк и отдел «Q». Книги 1-7

– Инга, я спросил у вашего мужа, знает ли он имя человека, с которым Альберта встречалась вплоть до самой смерти. А вам известно его имя?

– Кристиан Хаберсот задавал мне этот вопрос не меньше десятка раз, когда расспрашивал всех, кто имел отношение к народной школе. Мы уже общались с представителями криминального отдела полиции Рённе, но Хаберсот решил повторить допрос, он никак не унимался. Я сказала, что однажды Альберта произнесла его имя, так как считала, что оно очень экзотичное. Но я так и не смогла вспомнить его тогда, а сейчас и подавно.

– Совсем никак?

– Совсем. Кроме того, что оно состояло из нескольких частей и в совокупности звучало как-то совершенно неудобоваримо. Первая часть была вроде короче остальных… Кажется, напоминало что-то библейское.

– Насколько короткое было имя? Типа «Адама»?

– Нет, возможно, всего из трех букв, но, честно говоря, я не имею никакого желания об этом думать.

– Лот, Сим, Ной, Иов, Коа, Гад, Сиф, Аса, – посыпалось из Ассада.

Какого лешего этот араб, стопроцентный мусульманин, назубок выдает такое количество библейских имен?

– Нет, думаю, не подходит ни одно из перечисленных. Я уже сказала, что не хочу занимать голову этой ерундой."

"– А что насчет других частей имени? – настаивал Карл.

– Понятия не имею. Какая-то тарабарщина, я же уже говорила. Типа Симсалабимахалаймахалай.

Она улыбнулась. По-видимому, не без оснований.

– То есть вы больше ничего про него не знаете? Вы уверены?

– Да. Кроме того, что он, видимо, приехал откуда-то из Копенгагена. По крайней мере, точно не был борнхольмцем или ютландцем, насколько я поняла. Ну и еще, конечно, его этот «Фольксваген», о котором мы с Кристоффером уже упомянули.

– Вот этот? – Ассад протянул ей фотографию, сделанную на парковке.

Инга внимательно посмотрела на снимок.

– По крайней мере, цвет и форма совпадают. Но тут нормально не разглядишь.

– Вы не припомните каких-нибудь особых примет у этой машины?

– Особых примет? Да я и видела-то ее только сзади, и то издалека.

– Может быть, какие-то бросающиеся в глаза вмятины или царапины, цвет номерного знака, шторки на окнах? Что-нибудь особенное…

Она улыбнулась.

– Стекла были замазаны, номерной знак старого образца, черный с белыми цифрами; сбоку на кузове была какая-то черная изогнутая линия, которая как будто бы тянулась с крыши. Еще, мне кажется, на колесах присутствовал белый цвет, широкая белая полоса вокруг дисков; но тут я не уверена. К тому же, может, я вообще совсем не этот автомобиль видела на дороге.

– Вы говорите, изогнутая линия?

– Не знаю, могла быть просто грязь, или как? – Она повернулась к мужу: – Кристоффер, ты помнишь что-нибудь о машине?

Тот отрицательно покачал головой.

О’кей, черные номера.