Менты не ангелы, но...

Перекрыть въезд и выезд, проводить сплошной контроль! Объявлен перехват черного «ленд крузера», госномер «А 666 АА», за рулем Ларионов, преступник вооружен!

Смирнов облился чаем и выматерился.

— Что там, шеф? — спросил Гришин.

— Тревога, убиты менты! — рявкнул Смирнов, надевая бронежилет. От вялости и безразличия не осталось и следа, как будто ему сделали укол стимулятора.

— Закрыть движение! В розыске черный «ленд крузер», три «а», три шестерки!

— Так это машина Ларионова! — ахнул Гришин.

— Твой Ларионов и пострелял наших! — грубо осадил подчиненного капитан. — Предупредили, что он вооружен!

— Почему «мой»? — обиженно спросил сбитый с толку младший лейтенант. — Он на меня нарочно наехал, чуть не искалечил. А теперь почему-то стал моим…

— Хватит плакаться! — Смирнов схватил автомат и бросился наружу. — Быстро по местам!

«Девятка» с зеркальными стеклами медленно приближалась к посту. До цели оставалось около пятидесяти метров. Держа руль левой рукой, правой Кабан взял пистолет и взвел курок, чтобы первый выстрел получился точнее. Задача несколько осложнялась тем, что Американец был в жилете, значит, стрелять следовало в голову, шею или под мышку. Впрочем, с нескольких метров можно попасть куда угодно. Но что это?!

По лестнице вниз бежали Смирнов, Гришин и Сидорчук с автоматами наперевес. Кабан был сбит с толку.

«Что случилось? Неужели бывший начальник сдал его с потрохами?! А что, очень просто — обстановка изменилась, и его принесли в жертву вместо Американца… Нет, они не обращают на него внимания — Смирнов жестом остановил автомобильный поток, Сидорчук опускает шлагбаум, Гришин раскатывает „Ежа“… Видно, объявили „Перехват“… Ну и ладно, это еще лучше — сейчас сделать дело, развернуться, перескочить через мост, в лесополосе на Левом берегу бросить тачку и пешочком пройтись по трассе, посидеть до вечера в шашлычной, а когда все уляжется — на такси или на попутке вернуться в город… Никто его не опознает и не „привяжет“ к этому делу! Только надо наверняка завалить Американца и свидетеля, молодого белобрысого мудака, который, размахивая руками, жалуется кому-то по телефону…»

Вызывающая тревогу «девятка» приближалась. Сержант Колтунов продолжал бы стоять, как стоял, может, снял бы предохранитель автомата и взялся за рукоятку. Но лейтенант Викусев сделал по-другому: не только привел автомат в боевое положение, но и не торопясь, обошел задержанный «мерседес» и остановился на обочине, под прикрытием массивного дорогого кузова. Белобрысый водитель по другую сторону машины истерически кричал в свой «Айфон»:

— Да какой-то сержант! Он и не смотрел! Забрал ключи — и все! Приезжай или позвони кому-нибудь…

«Девятка» с зеркальными стеклами подъехала с его стороны.