Менты не ангелы, но...

Скорей всего, придет телефонограмма об откомандировании его на повышение квалификации в Москву… Или еще что-нибудь придумают… Но надо держать ухо востро… Еще вострее, чем раньше!

Он передернул затвор автомата и пощупал маленький пистолет в кармане, тоже с патроном в патроннике. Потом вышел к поднятому пока шлагбауму и принялся выборочно останавливать машины. Командир поста не возражал. А за работой время шло быстрее.

Рейдовый отрядПляж был еще пуст — не сезон. Песок холодный, деревянные лежаки сложены штабелями у некрашеного фанерного здания, где размещалась местная администрация и пункт милиции. На одной двери висел ржавый замок, вторая была открыта.

Видин разбил отряд на группы.

— Немчинов, Черенков, Бобрин, Шаров, Коняев, Кравчук, Бровин, Росляков, Самойлин контролируют пляжную территорию до Чемордачки. Старший — Бровин!

— Есть, товарищ подполковник! — молодцевато гаркнул Бровин.

— Ефимов, Волин, Жбанов, Шабанов, Юматов, Воскобойников, Незнамов, Сытников прочесывают лесополосу. Старший — Воскобойников!

— Есть, Сан Саныч, — вальяжно сказал Воск.

— Товарищ подполковник, а можно, мы с Незнамовым пойдем в первой группе? — неожиданно спросил Сытников, хитро посверкивая маленькими глазками. — Просто, здесь интереснее, и работы больше!

— Пива здесь больше! — буркнул Ефимов.

Видин вздохнул, сдвинул фуражку на затылок, замешкался, будто собираясь отказать, но неожиданно кивнул. Видно, он хорошо знал и уважал отца Незнамова.

— Ладно, давайте! А Черемхов и Самойлин — на их место! Возражений нет?

— Да какая разница… — сказал Черемхов.

— Никак нет, — отрапортовал Самойлин.

— Тогда меняйтесь! — Видин заглянул в листок, который держал в руках.

— Шаров, Петров, Иващенко, Пестиков, Сухарев, Скакунов, Листопадов, Великанов проверяют базы отдыха от Чемордачки до двадцать девятой линии. Старший — Шаров!

— Есть, товарищ подполковник!

Прелая листва мягко пружинила под ногами, черные ветки кустарников цепляли за одежду, иногда приходилось обходить большие лужи. Как-то незаметно они разбились на пары. Шабанов оказался рядом с Ефимовым.

— Как жизнь, Анатолий?

Тот пожал плечами.

— Лучше, чем у тебя. По крайней мере сейчас…

— Обиделся? А помнишь, как мы каждый день ныряли в чебуречную, пили пиво с водочкой? Как туфли перепутали?

— Пока ты не взлетел. А потом вся дружба закончилась, — хмуро ответил Ефимов.

— Это не от меня зависело, — извиняющимся тоном произнес Виктор. — Начальство так требовало…

— А теперь не требует?

— Ты же знаешь, какое теперь у меня начальство. Фирсов! Прессует, гад, по полной!

— Знаешь поговорку: чем выше взлетишь, тем больнее падать.

— Злорадствуешь?

— Да нет. Просто, когда меня ранили, ты даже в больницу не пришел…

Впереди послышался какой-то шум.