Ментовской беспредел

Да, это было самое верное решение. Кренделя нужно брать живым. А для этого требовалось много бойцов. Надо выследить отморозка, узнать, где он живет, а потом навалиться на него всей толпой... Можно даже ментов подключить, чтобы своей шкурой не рисковать...

Глава двадцать шестая

Крендель звонил вчера. Сегодня он должен позвонить снова. Но это не значит, что Паша сразу же отправится на встречу с ним. Всему свое время. Тем более что сегодня выходной. Сегодня у него встреча с Виолой...

Нахальцев заявился к ней средь бела дня.

Отличное настроение, отличный коньяк...

– Что, не ждала? – с порога спросил он.

– Только тебя и жду, дорогой... – с фальшивой похотью во взгляде улыбнулась она.

Виола пытается изображать из себя белую пушистую кошечку. Неподатливую, но кошечку – мягкую и уютную. Типа, она без ума от Паши, но трахаться с ним будет после того, как он ее окольцует...

– А может, кого-то другого ждешь?

– Кого другого? – возмущенно повела она бровью.

Снова фальшь. И Паша узрел в ней тревожный знак... А что, если Игнат сейчас здесь, в квартире.

Он рывком выхватил из кобуры пистолет.

– Ты чего? – изумленно выставилась на него Виола.

Он не ответил. Не потому что не хотел отвечать.

Просто от сильного волнения перехватило дыхание, а липкий животный страх поднялся из утробы и холодной рукой пережал голосовые связки."

"Но стоило ему загнать патрон в патронник, как страх опустился обратно в живот. И душа ворохнулась в груди, чтобы упасть еще ниже, аж в самые пятки. Но усилием воли Павел вернул душу на место, унял страх. В конце концов, Игнат Бурлаков не такой уж страшный зверь, чтобы его бояться...

Шаг за шагом он обошел все комнаты, но никого не обнаружил. Страх окончательно отпустил его. На его месте образовалось неукротимое желание выпить.

Виолу он нашел на кухне. Она сидела за барной стойкой и курила.

– Ты что, в охотники за привидениями записался? – съязвила она.

– За ведьмами...

Нахальцев водрузил на стол бутылку «Хеннесси», сорвал пробку. Для Виолы он наполнил рюмку, для себя большой двухсотграммовый стакан.

– А плохо не станет?

Паша не ответил. Чокнулся с Виолой, залпом влил в себя коньяк.

– Хорошо... – на блаженном выдохе сказал он. – Мне будет хорошо... Уже хорошо...

– Я безумно рада.

– А чего ты ехидничаешь? – нахмурился Нахальцев.

– Я?! Ехидничаю?! С чего ты взял?

– Слушай, а ты в самом деле издеваешься!.. Ты чо, за лоха меня держишь?.. Не, она, в натуре, за лоха меня держит! – разошелся Паша.

Коньяк с потрясающей быстротой впитался в кровь, смешался со злостью, стремительно поднялся в голову. И уже давит на крышу, чтобы сорвать ее с места...

– Паша, ты чего? – испугалась Виола.

– Не, а ты чего?.. Ты чо целку из себя корчишь? Как будто я тебя не трахал!..