Менталист. Конфронтация

Это изделие явно сделал некто другой, а не князь Калинин.

Фёдор прикрыл глаза, палец на его руке едва заметно дрогнул. Доспех быстро взмыл вверх, вылетая наружу. Он остановился за спиной парня, раскрываясь как пасть какого нибудь плотоядного цветка, прежде чем поглотить жертву.

Странные руны, выгравированные на металле, одна за другой загорались. Константин почувствовал нарастающую угрозу и даже сделал пару шагов назад.

Спустя секунду, доспех пошевелился.

Сын покрутил руками, один за другим из них выехали лезвия клинков, тут же спрятавшись внутрь.

Константина раздирали противоречивые чувства. С одной стороны это невероятное удивление, а с другой непонимание. Но кажется на благоприятной почве, стал пробиваться росток… уважения?

Фёдор встрепенулся и пошёл в сторону сияющей арки Врат.

В уже знакомом богато обставленном кабинете снова шел разговор. Собравшиеся испытывали самые разные эмоции, но точно не были спокойны.

— То есть ты всё знал? — глаза князя метали молнии.

— Да, конечно, — пророкотал гранд. — Я и тебе говорил, помнишь?

— Ты сказал, что почувствовал какую-то инициацию, кто тебя знает, что ты имел в виду. Все гранды странные, а ты вообще на первых позициях!

— Ты так злишься, будто тебя внук обманул, — саркастично проворчал Владимир.

— Меня все обманули, папа! Если ты не заметил, — воскликнул Константин. — Отец знал! Сын знал! Да даже вы, Мария Захаровна!

— Что я? — встрепенулась женщина. — Мне Вова обмолвился разок, но я не придавала значения.

— Ну как, наигрался? — упал в кресло князь. — Что теперь?

— А что теперь? — пожал плечами гранд. — Теперь ничего не попишешь, он свободен. Поиграется да придёт к тебе. Если так, будет хорошо, не придёт — тоже нормально, значит, он сильнее, чем мы думали. Не вижу повода злиться, Костик, не ты ли его прогнал? Как шелудивого щенка.

— Я спасал его! — В кабинете завибрировали мелкие предметы.

— Себя ты спасал, Костик, себя, — ворчливо отмахнулся Владимир. — Думал, поди, много раз думал, что ей скажешь, если сына потеряешь.

— Прекрати, мы не говорим об этом, — рубанул воздух ладонью князь.

— Это факта не отменяет. Расскажи, что произошло на испытании? Рядовая же процедура, там надо-то час покрутиться, кроме собак никого нет.

— Ничего ты не понимаешь, — горько бросил князь и устало погрузился в массивное кресло. — Я же его вот этими руками держал. Воспитывал, даже когда она ушла. Говорил, что мама умерла, когда он плакал… У кроватки стоял. На совещании он под столом лазил.

— Ну-ну, спокойнее, Костя… — погладила его по руке Мария Захаровна, обойдя стол.

— Собери сопли, сынок, — поморщился гранд. — Что дальше?

— А тут он будто не мой совсем. Не родной.

— Ты ведь таким его всегда делал, мечтал, разве нет? — подала голос Мария Захаровна.