Менталист

 — Звонок локализуется по ближайшей базовой станции, в данном случае это станция на Греддё в архипелаге Норртелье. Мы исходим из того, что Винсент где-то там. Проблема в том, что станции в шхерах покрывают бо́льшую территорию, чем городские. Если в городе мы могли бы локализовать звонок с точностью до улицы, то здесь нам предоставляется на выбор довольно много островов — Чёкьё, Эдсгарн, Линдё…

— Линдё? — перебил его Рубен. — Я был там на норковой ферме.

Он посмотрел в глаза сначала Саре, потом Педеру.

— Я точно знаю, где менталист.

Он должен помочь Мине.

Четыре и шесть — десять, то есть ноль, мужчина и женщина, он и Мина. И они — математическая функция этого водяного бака, который Винсенту предстоит взломать. Пять минут на заполнение. Пятое колесо. На каждой руке по пять пальцев. Между двумя вращающимися друг вокруг друга небесными телами пять точек, в которых предмет может удерживаться в идеальном равновесии в поле гравитации, потому что с одинаковой силой притягивается и к одному, и к другому телу и поэтому остается неподвижным.

Два тела, он и Мина. В состоянии идеального баланса друг с другом, до тех пор, пока их только двое.

Мина сидела, и поэтому у нее промокла не только обувь, но и брюки, и ноги. Винсент наморщил лоб и пробормотал, не открывая глаз:

— Мина, ты должна проснуться.

Потом согнул колени, все еще с прямой спиной, потому что теснота не позволяла опуститься на пол иначе. Попытался положить руки Мины себе на плечи, чтобы поднять ее, но не смог их ухватить. В любом случае встать им обоим в этом ящике не получится, как бы плотно они друг к другу ни прижимались. Один должен оставаться на полу, чтобы другой стоял.

Кто-то уйдет под воду первым.

В этот момент Мина глубоко вздохнула и открыла глаза. В них был шок.

— Винсент, что происходит, почему мы…

Она попыталась посмотреть на него, стукнулась затылком о стекло и вскрикнула.

— Четыре стеклянные стенки, — продолжал Винсент вслух, не в силах остановиться. — Замкнутое пространство. Четвертая буква алфавита — d, последняя — ö, «dö» — умирать.

Похоже, его мозг пребывал в свободном падении, и мысли лихорадочно ударялись о стенки черепной коробки, запертые, как и он сам, который всю жизнь всего-то следовал инструкциям. И это не его ошибка, ему было всего семь лет…

— Винсент! — закричала Мина и ударила его по ноге. — Прекрати!

— Прости, — сказал он. — Прости за все.

Яне смотрит куда-то поверх воды и шхер, пока Кеннет катит ее по тропинке за норковой фермой. Все-таки красивый у них остров, особенно сегодня.

Она благодарна Кеннету. Яне не может сказать, что ее жизнь удалась, но с Кеннетом получилось хотя бы под конец наполнить ее смыслом.

Он совсем не обязан заботиться о ней, но он ее понял.