Менталист

Мне известно не больше твоего, и о книге с леопардом тоже. Я действительно не понимаю, что все это значит.

Винсент кивнул на снимок и осекся.

— Ты хочешь… уж не думаешь ли ты, что я следующая жертва? Или… мой сын Беньямин? Что это его в следующий раз найдут в ящике оригами с цифрой на лбу?

В этот момент Винсент представил себе, как этот диалог выглядит со стороны — совсем как в фильме. Но Мина покачала головой.

— Нет, — сказала она, — думаю, твоя роль здесь совсем другая.

Она взяла со стола следующий заламинированный листок и протянула ему. Это был старый номер газеты «Халландпостен», точнее, его первая полоса со статьей под громким заголовком с восклицательным знаком. Хотя большую часть страницы занимала фотография, которую Винсент когда-то уже видел, всего один раз, прежде чем приемные родители выбросили газету. Но она навсегда запечатлелась в его памяти. Мальчишка посреди двора — что за двор, не было видно, но Винсент с легкостью восстановил недостающие детали. Центральная газета, конечно, опубликовала бы другой снимок или не опубликовала бы никакого вообще. Но редактор «Халландпостен» не стал возражать против фотографии ребенка на первой полосе. Да и время было совсем другое. За спиной мальчика — полосатая заградительная лента, и еще дальше — ящик со звездами.

Мальчик смотрел прямо в камеру, и этот взгляд Винсент узнал сразу. Он видел его каждое утро в зеркале в ванной комнате.

— Твои коллеги уже знают? — прошептал он.

— Нет, — ответила Мина и продолжила после долгой паузы: — Почему ты ничего мне не сказал? — Она запрокинула голову, в горле стояли слезы. — Я тебе доверяла, Винсент… будь ты проклят.

— Я был ребенком, Мина.

По ее щекам потекли слезы. Мина утерла лицо рукавом рубашки.

— Я взяла за правило никому не доверять, — продолжала она, — и сделала для тебя исключение. Я научила и других доверять тебе. Будь ты проклят, Винсент, за то, что я об этом пожалела. Ты ведь понимаешь, что станешь нашим первым подозреваемым, как только об этом узнают остальные.

Винсент смотрел в пол.

— А кого ты подозреваешь на самом деле? — спросил он. — Ведь не думаешь же ты, что это я убил их?

Мина шмыгнула носом и собралась. Теперь она смотрела на него взглядом полицейского.

— Хороший вопрос, — сказала она беззвучно. — А ты и в самом деле этого не делал?

Было необыкновенно темно для летнего вечера. Облака, которых не было, когда он направлялся к Мине, теперь покрывали все небо, и это выглядело так, будто дождь мог разразиться в любой момент. Винсенту никак не удавалось сосредоточиться на дороге. Хорошо еще, что машин на улицах было немного. Люди еще не вернулись из поздних отпусков. К счастью для них — с учетом того, как он вел свою «Тойоту».

С другой стороны, спешить было некуда.