Менталист

— Думаю, в организме Педера кетамин продуцируется естественным образом, — меланхолично заметил Рубен. — Кто, кроме него, может спать, одновременно попивая энергетические напитки?

— Я сдаюсь, — еще раз вздохнула Мина, присаживаясь к короткой стороне стола.

Боссе вскочил, явно намереваясь подбежать к Мине, но Кристер удержал его за поводок. К счастью для Боссе. Как-никак, третий этаж, а Мина запросто могла бы преподать собаке первый и последний в ее жизни урок полета.

— Наконец, последнее, — объявил Винсент. — Во время допроса Даниэль сказал интересную вещь. Один из постоянных посетителей кафе имел привычку изучать за столиком какие-то чертежи. Тогда я не обратил на это внимания, но теперь почти уверен, что Даниэль видел убийцу. И если это Раск, проблем с опознанием не будет. Поэтому я и предлагаю Юлии и остальным немедленно доставить Даниэля в отделение. Это ведь не так сложно.

— Утром мы объявили его в розыск, — ответила Юлия. — Посмотрю, что еще можно сделать.

В этот момент раздался стук, а потом в приоткрытой двери показалась голова мужчины. Мина не была уверена, что сможет вспомнить его имя, но как будто знала его как сотрудника Службы спасения.

— Простите, вы, конечно… ой, какая милая собака!

— Вы что-то хотели? — холодно спросила Мина.

— Да… то есть… это ведь вы объявляли в розыск Даниэля Баргабриэля сегодня утром?

— Да, мы только что говорили о нем, — удивленно ответила Юлия. — Мы всего лишь хотели задать ему несколько вопросов, и чем скорей, тем лучше.

— Боюсь, это будет затруднительно сделать. — Мужчина прищелкнул языком. — То есть ваш Баргабриэль уже здесь, но он… в холодильнике.

— В холодильнике? — не понял Винсент.

— Он мертв, — пояснила Мина, опустив глаза в пол.

Даже Боссе уловил изменение настроения в комнате и тихонько завыл.

— Просто подумал, вам интересно будет об этом узнать, — сказал мужчина и закрыл дверь.

Винсент взял на себя труд пойти и купить настоящего американо, — вместо того, что Рубен называл «полицейским кофе» из автомата в комнате для совещаний. Собственно, кофе был только предлогом — Винсенту требовалось некоторое время побыть на свежем воздухе.

Он вышел через ресепшен, завернул за угол и прислонился к стене, тяжело дыша. Даниэль Баргабриэль не мог умереть, потому что Винсент разговаривал с ним совсем недавно. Допрашивал его.

Осознание реальности этой смерти поразило Винсента. То, что случилось с Тувой и Агнес, было ужасно, но обе они оставались не более чем именами на бумаге, фотографиями в компьютере. О Роберте он читал в газетах, но до сих пор ни одна из жертв не существовала для Винсента во плоти. Поэтому ему давалось не так сложно держать дистанцию, быть объективным и рациональным. Но Даниэль… Винсент пил кофе, приготовленный его руками.