Менталист

Если количество людей, которых человек встречает за день, коррелирует с количеством мыслей, которые он успевает передумать, то существует ненулевая вероятность того, что эти прямые когда-нибудь пересекутся. Конечно, она реализуется в жизни не каждого человека, но таких более чем достаточно. То есть это событие вполне вероятно. Ничто в позе или выражении лица Даниэля не говорило о том, что он лжет.

Винсент открывает глаза. Таким образом вряд ли удастся вспомнить то, что ему нужно. Тут придется обращаться к отделам памяти за пределами контролируемой сознанием зоны. К воспоминаниям, которых там может вовсе не оказаться.

И Винсенту известен один-единственный способ, как можно это сделать, — самогипноз.

Он поднимается и запирает дверь, чтобы случайно не напугать уборщицу — ради Умберто. Потом ложится на пол и смотрит в потолок. Обычно Винсент использует самогипноз, чтобы уснуть, когда Мария читает при слишком ярком свете. Но на этот раз он не должен спать. Скорее, ему нужен трамплин в подсознательное. Винсент озирается, фиксируя впечатления органов чувств.

— Стул красный, ножки металлические, — бормочет он. — Гардины в цветочек — ужасные. Скамейка синяя, ДВП. Вентилятор гудит. Снаружи шумят машины, урчит холодильная камера. Ковер подо мной мягкий, пол твердый. Температура… тепло.

Винсент закрывает глаза.

Мужчина по имени Себастьян снова смеется. Вполне дружелюбно, что совсем не согласуется с его действиями.

— Агнес сама во всем виновата, — говорит он. — Разве ее заботила расовая чистота? Она — шлак, мусор, от которого стоило избавиться. То есть ты оказал нам услугу, парень. Интересно, на что она запала? Неужели на твой сирийский член?

Себастьян раздраженно щупает у Даниэля между ног.

Тот пытается сбросить его руку, но у Себастьяна железная хватка. И в горле у Даниэля сухо, как в пустыне. Он не может отвечать, даже если б и хотел.

— На тот самый, которым ты хочешь замарать еще одну шведку? — продолжает Себастьян. — Не думаю, что у тебя это получится, Даниэль, или как там это звучит на твоем чертовом языке…

Он отталкивает Даниэля от двери — от Эвелин и уютного света в ее окне. На какое-то мгновение Даниэль теряет равновесие, но ему удается устоять на ногах. Стоит упасть — и все будет кончено. Окно ее кухни все еще светится в какой-нибудь паре метров над его головой. «Выгляни же, — мысленно уговаривает он Эвелин. — Посмотри, я здесь, внизу».

Четверо мужчин в черных куртках-бомберах выходят из темноты по другую сторону улицы. Буквы SF на рукавах в свете фонаря вспыхивают, как белая молния. Это они, кто отвечает за будущее Швеции. То, чего так боялся Даниэль, почти случилось. Он чувствует это нутром.

«Шведское будущее» — только на первый взгляд политическая партия. На самом деле это отпетые убийцы.