Менталист

Рядом была женщина в инвалидном кресле, в которой Мина узнала подругу Мужчины с Боссе. Пес насторожил уши и, прежде чем хозяин успел взять его на поводок, прыгнул Мине на колени и попытался лизнуть ее в лицо. Мина вскочила, лихорадочно отряхиваясь. Сегодня на улице сухо, тем не менее брюки, по-видимому, придется выбросить.

Она с ужасом посмотрела на руки. Мужчина с собакой подскочил, натягивая поводок.

— Простите, я думал, что привязал его к ножке стула…

— Вам не за что извиняться, — холодно ответила Мина. — Просто я немного… боюсь собак.

— Понимаю, Боссе ведь крупная собака… Но, клянусь, очень дружелюбная. Похоже, он просто влюбился в вас. Если попытаться взглянуть на это позитивно.

— Взглянуть позитивно… — Мина выдавила из себя слабую улыбку. — Хорошо, я попытаюсь запомнить.

Она села, а Боссе отправился на свое место. Пульс постепенно успокаивался. Все смотрели только на Мину, и она опустила глаза. Всего удобнее оставаться невидимой, вообще не занимать места. Только не здесь. Мина приехала сюда, чтобы слушать, наблюдать, учиться. На более тесное общение с группой она не могла решиться вот уже три года.

Женщина в инвалидном кресле оглянулась на нее с сочувствием. Мина притворилась, что ничего не замечает. Боссе лег у ног хозяина большой головой на лапы, но влажные карие глаза, полные обиды, неотрывно смотрели на Мину. Его обманули, отвергли.

В перерыве Мина держалась в стороне от остальных. Большинство, собравшись группами и группками, пили кофе, угощались печеньями и кексами, беседовали. Мина села в углу и достала мобильник. Никаких сообщений. Кликнула на игру «Кэнди краш», уровень 20. Она успела провести на этом уровне бессчетное множество часов, но это был лучший способ снять напряжение. При виде разноцветных леденцов, которые летали, подскакивали, стирались и снова появлялись, Мина буквально почувствовала, как расслабляется мозг.

— Я тоже хочу извиниться за Боссе, — произнес вдруг слева женский голос, и Мина вздрогнула. — Он достался нам взрослым, поэтому и не удалось воспитать его так, как бы того хотелось.

Мина посмотрела в улыбающееся лицо Женщины в инвалидном кресле, улыбнулась и положила телефон обратно в карман. Похоже, беседа ни о чем — это то, чего избежать не удастся, как ни старайся. Люди плохо понимают невербальные сигналы. Иногда Мина мечтала о мире, где всех с детства приучали бы мыть руки, носить маски и пластиковые перчатки и рекламные щиты со всех сторон призывали бы соблюдать дистанцию.

— Вам и в самом деле не за что извиняться, — ответила Мина. — Ничего страшного не произошло.

Она надеялась, что после этих слов Женщина в инвалидном кресле удалится восвояси, но та оставалась сидеть где сидела и разглядывать Мину улыбающимися глазами.