Меня зовут Корокотта

Поэтому проголосуйте за хорошего патриция Паулинуса Сестия. Пусть и дальше строит инсулы на общественных дорогах, не боясь эдилов. Только учтите, что через несколько лет не сможете пройти по Риму, потому что такие же, как он, хорошие патриции застроят дороги инсулами. Будете протискиваться между ними боком.

После чего я развернулся и отошел к зрителям, где стоял в первом ряду справа, как ответчик. Некоторые улыбались мне и показывали жестами, что врезал правильно, хотя в исходе дела никто из них не сомневался. Судя по лицу Флавии, я в очередной раз не оправдал ее надежды. Жена прямо-таки требовала, чтобы я нанял толкового адвокати. У ее знакомых есть сын с блестящими ораторскими способностями, который поддержал бы меня за скромную оплату. Да что там деньги! Главное ведь выиграть процесс, стать знаменитым. С той короткой и некрасивой речью, что выдал я, шансов на это никаких.

К ее удивлению, суд проголосовал за меня почти единогласно. Думаю, что сработала ссылка на императора. Узкими улицами судей не запугаешь. Более того, за неправомерное обвинение курульного эдила доносчик был приговорен к штрафу в десять тысяч сестерциев. Видимо, судьям лень было подыскивать другую цифру. Надо было видеть лицо Флавии.

Я не удержался, поковырялся в ее ране:

— Если бы послушал тебя и нанял сопливого болтуна, точно проиграл бы.

Это был, наверное, первый случай в нашей совместной жизни, когда моя жена промолчала, а неизведанное пугает меня.

Глава 71

Каждый коренной римлянин — сутяжник, но не каждый сутяжник — коренной римлянин. Для вторых моя короткая победная речь в суде стала эталонной. Одолеть патриция — мечта многих из них. Я дал им надежду. Да и первым понравилось то, что я как бы похвалил оппонента и предложил судьям проголосовать за него. Это сочли новым ораторским приемом, начали изучать в школах, вырабатывать варианты применения и контрмеры. Клиентки докладывали об этом Флавии, а та пересказывала мне. Кто-то втолковал ей, что я действую нестандартно, поэтому и добиваюсь успеха. Раньше это казалось жене изъяном, несмотря на то, что мы стремительно богатели. Только победа в суде убедила Флавию, что муж всегда прав, даже если уверена в обратном."

"Вторым плюсом стало то, что больше никто из застройщиков не спорил с курульным эдилом. Если я говорил, что нарушен закон, что надо снести построенное в неположенном месте, никто больше не пускал пузыри. Ругали, конечно, не без этого, но выполняли предписание и не предлагали взятки. Из-за этого я превратился в очень непопулярного человека для застройщиков и культового для плебса. Последнее сильно облегчило мне жизнь. Доброжелатели сообщали моему секретарю Неро Ульцию, где и кто нарушил закон, тот информировал меня — и карающий меч закона тут же настигал засранца.