Назови меня женой

Но нутром чую, этот сезон окажется самым жарким для нас с Яной.

33

Увидев Яну, я действительно застываю на месте. Моя любимая выглядит совершенством. Но, честно говоря, если б Артур меня не предупредил, сам бы догадался. Моя Яна не носит такие жуткие шмотки и никогда не наденет полупрозрачную блузку. Моя Яна любит спортивный стиль и прекрасно знает, как свести с ума обычными джинсами и простой белой майкой. А эта девица на каблуках и в длинной юбке с офигенным разрезом больше напоминает манекен. Под каким напором она так оделась?

Сжимаю челюсти, опасаясь не сдержаться. Если этот баран Василиди думал, что я захлебнусь слюной от вожделения, то просчитался. Кроме ярости и гнева я не испытываю ничего. Вдарить бы этому самодовольному павлину по башке. Ну, погоди, Архип Пантелеевич, ты свое отхватишь. Уже скоро.

Смотрю на самодовольную морду Василиди и еле сдерживаюсь, чтобы не припечатать его фейсом об стену.

«Куда же ты вляпалась, Яночка? — спрашиваю безмолвно и, усевшись рядом с Марком, склоняю голову над бумагами. Изучаю в документе каждую строчку. Архип Пантелеевич наблюдает за мной с еле скрытым сарказмом, будто хочет спросить.

— А ты, мальчик, еще и читать умеешь?

А мальчик, между прочим, коммерческим директором четыре года отработал. До Марка Лернера мне далеко. Но ни один документ я не подпишу, пока не прочитаю.

Пусть даже Василиди разденет жену донага. Мысленно накидываю на Янку пиджак и снова углубляюсь в договор.

— Кажется, этого пункта в проекте не было, — протягиваю листы Марку.

— Архип, — вчитавшись в подчеркнутые мной строки, коротко бросает Марк. Строго глянув на компаньона, передает ему документы. — Что за хня?"

"Василиди лениво придвигает к себе договор и смотрит непонимающим взглядом.

— Где, Марк? Вроде все, как мы с тобой решили…

— Перечитай, — обрывает пространные речи Лернер. — Нужно перепечатать.

— О господи, — вздыхает Архип, наскоро пробегая глазами по строкам. — Ну, ничего доверить нельзя! Сам знаешь, у нас дети болели… Отвлеклись мы с Янной Сергеевной.

Невзначай встречаюсь взглядом с Яной. Ее чуть поднятые к потолку глаза говорят о многом.

«Архип врет и не морщится», — отмечаю я про себя и с интересом наблюдаю, что же будет дальше. Наверняка сейчас все спихнет на рядового исполнителя.

— Кто готовил документы? — спрашивает Василиди жену и хмурится, будто действительно его подвели.

— Понятия не имею, — передергивает плечом Яна. — Я с детьми была три недели.

— Разберись, пожалуйста, и оштрафуй, — велит Василиди. И Яна, равнодушно кивнув, рассказывает Тане, как сильно болели дети.

— Архип Пантелеевич, — в конференц-зал заглядывает Артур Цемеров. — Там снова Решетников прикатил. Просит Янну Сергеевну. Говорит, что повесится, если она к нему не выйдет.