Брат жениха. Он хочет меня

Не понимаю, почему же тогда меня волнует этот призрак прошлого? Наверное, потому что расстались мы слишком неопределённо. Когда осталась недосказанность, забыть труднее, и так и остаётся всё странными воспоминаниями, которые, как ни крути, отличаются от других. Что ж… Два дня как-нибудь переживём в одном доме. Надеюсь, этот дурацкий нервяк исчезнет очень скоро. Наверняка, Она тоже изменилась уже. Все мы меняемся, стареем…

В самолёте уснул и открыл глаза, когда мы уже опускались над серой Москвой. Даже летом она почему-то серая с высоты полёта. Но всё равно я испытал невероятный душевный подъём — я дома. Прожил в Нью-Йорке больше двух лет, а всё равно своим домом считаю Москву и дом родителей.

Посадка прошла без каких-либо сложностей. Такси поймал тоже легко и уже через полтора часа оказался у двери дома. По дороге заехал в цветочный магазин и купил маминых любимых лилий. Мама услышала шум машины и вышла на крыльцо ещё до того, как такси остановилось.

— Марат! — раскинула она руки в стороны, когда я покинул такси. — Сынок. Приехал!

Я подошёл ближе. Оставил сумку на пороге и обнял её, вдыхая аромат родного человека, дома.

— Привет, именинница, — сказал я ей, шелестя обёрткой цветов. — Начинай принимать подарки. Для самой красивой женщины — самые красивые цветы.

Вручил букет ей. Мама растрогалась. Утёрла слезы, набежавшие на глаза.

— Спасибо, родной, — ответила она, сжимая в руках букет и целуя меня в щетинистую щёку. — Мы тебе очень рады.

Побрился утром, в обед уже опять щетина…

— Ну, пойдем, отдохни с дороги."

"Дома мама накормила меня, мы выпили с ней чаю. До приезда гостей было еще часа четыре. Отец помог спуститься к нам и бабушке, и у нас был семейный обед. Бабуля с отцом тоже светились от радости, что я снова с ними. Всё же так тепло меня никто и нигде ещё не встречал, как дома.

— Иди, поспи немного в своей бывшей комнате, — предложила мама. — Как раз к празднику отдохнёшь.

— Да, пожалуй, поднимусь, — сказал я. — Марк тоже будет?

— Да, — осторожно ответила она. — Он не отказывался. И ты мне обещал, Марат. Не порти матери праздник.

— Да я никуда не уйду, — успокоил я её. — А ты ему говорила, что я буду?

— Говорила.

— Значит, он в курсе.

— Да.

— Он с женой будет или один?

— С женой и сыном.

— Ясно. Пойду наверх.

Уснуть у меня не получилось. После душа лег на кровать да так и пролежал бестолково, пока не пришло время одеваться и спускаться. Внизу уже слышались голоса, гости стали собираться.

Умылся, оделся в один из привезенных костюмов, предварительно старательно отутюжил его, причесался у зеркала. А у тебя уже много седины, Марат. И для кого ты, интересно, прихорашиваешься сейчас?

Для себя. Не хочется ударить в грязь лицом перед семьёй и друзьями.