Брат жениха. Он хочет меня

Я же не фальшивомонетчица какая.

— И как долго ты собиралась бегать от меня подобным образом?

— Вадим Сергеевич, — подняла я вверх подбородок. — Я ни от кого не бегала. У меня было недомогание.

— Ну ладно, это уже, впрочем, неважно. Я вас всё равно обоих уволю. Пиши заявление.

Он положил передо мной ручку и лист бумаги. Я подняла глаза на него.

— Я ничего писать не буду, — твёрдо сказала я. — Вы не имеете права меня уволить.

— Это почему ещё? — подивился моей наглости начальник.

— Потому что я беременна. Могу справку показать. Как раз принесла для отдела кадров. А беременных, как вам известно, закон защищает от потери работы.

— Беременна… — пожевал Вадим губу и окинул меня таким взглядом, словно я резко стала ему противна. Что ж, так намного лучше.

— Да.

— И что-то подсказывает мне, что ребёнок не Марка, — вдруг мерзко хохотнул. — А он так за тебя топил, только зря работы лишился. Он, надеюсь, не беременный? Его я уволю в любом случае.

За Марка стало обидно. Неприятно за себя.

— Это не ваше дело, — сказала я. — Вам лучше перевести меня в другой отдел.

— Естественно, переведу, — ответил Вадим. — Ты мне такая… без надобности. Иди. И передай привет своему защитнику — пусть готовит заявление об увольнении. Робин Гуд, бл*дь.

Спустя несколько дней я получила перевод в обычные секретари в отдел статистики в большом офисе на нижнем этаже. Зарплата была значительно урезана, но зато меньше ответственности и общения с начальством. К тому же я попала под руководство Ивлевой Эллы, а мне она очень понравилась. Позитивная молодая женщина, всё объяснила, показала, предложила любую помощь, которая могла бы мне понадобиться, поздравила со скорым прибавлением в семействе.

Врачу сообщила, что приняла решение рожать, и она назначила все необходимые исследования, и сообщила, что всё хорошо, мне не о чем беспокоиться. Выписала витамины для беременных, которые я уже начала пить.

Я понемногу стала успокаиваться. Остался только один нерешенный вопрос — Марк. Мне бы хотелось донести, что я ему благодарна за помощь, но сближаться с ним не хочу. Я не буду с ним — ни с ребёнком, ни без ребёнка. Хватит уже этого спектакля. Люба была права, когда сказала, что не нужно держать возле себя чужое счастье, если я не люблю. К тому же после Марата я не могу представить, что меня касается кто-то другой… Наверное, я и правда влюбилась в него, хоть и обзывала в сердцах козлом.

Марк иногда звонил мне, мы говорили ни о чём. Не поворачивался язык сказать, чтобы не звонил. Но, кажется, иного выхода нет, и мне придётся так сделать, чтобы не давать больше ложных надежд.

В тот день, когда Марк вернулся из командировки, я была на выходном. Тогда он снова позвонил мне. Спросил, как дела, мы опять поговорили ни о чем. А потом Марк пригласил меня на ужин.