Скажи пчелам, что меня больше нет

Так кого задумал отравить Хэл: себя, своего сына или их обоих?

— Слишком по-шекспировски, — вслух сказал Уильям, поворачивая лошадь на юг. — Чертов «Гамлет». Или это «Тит Андроник»?[323]

Интересно, читал ли дядя когда-нибудь Шекспира, если уж на то пошло. Впрочем, неважно: куда бы он ни поехал, он не взял бутылку. В настоящий момент Уильям мог только вернуться в Саванну и надеяться отыскать там отца.

Три дня спустя он вошел в дом номер 12 по Оглторп-стрит и застал Амаранту в гостиной, где кузина ворошила угли в камине. Она обернулась на звук его шагов и с лязгом уронила кочергу. Мгновением позже она уже обнимала его, но не с любовным пылом, а скорее как тонущий человек, ухватившийся за бревно, подумал Уильям. Тем не менее он поцеловал кузину в макушку и взял за руки.

— Дядя Хэл уехал, — сказал он. — На север.

Ее глаза потемнели от страха, а кровь отлила от лица.

— Чтобы увидеться с Беном?

— Не представляю, зачем еще. Есть вести от папы? Он вернулся?

— Нет. — Сглотнув, Амаранта кивнула на открытое письмо на маленьком столике под окном. — Пришло сегодня утром для батюшки Пардлоу, но я его распечатала. Оно от человека по фамилии Ричардсон.

Уильям схватил письмо и быстро пробежал глазами. Потом перечитал еще раз, силясь уловить смысл. И наконец прочел в третий раз — медленно.

— Кто этот человек? — Амаранта глядела на письмо так, словно оно вот-вот могло ожить и укусить. Уильям не винил ее.

— Один негодяй, — сказал Уильям онемевшими губами. — Бог его знает, кто он на самом деле. Что-то вроде… «генерального комиссара армии»? Не уверен, существует ли такое звание, но…

— Он пишет, что арестовал лорда Джона! — воскликнула Амаранта. — Как он мог? Почему? Что он имеет в виду под «постыдными и возмутительными действиями»? Лорда Джона?

Уильям возился с листом бумаги, пытаясь сложить его заново онемевшими пальцами. Официальная печать под подписью Ричардсона оцарапала ему большой палец. Письмо выпало из рук и, подхваченное дуновением воздуха, закружилось по ковру. Пригвоздив его к полу ногой, Амаранта вопросительно уставилась на Уильяма.

— Он хочет, чтобы батюшка Пардлоу пришел и поговорил с ним. Что, черт возьми, нам делать?

138

Унаследованное зло

Неделю спустя

Было тихо, если не считать обычных корабельных шумов и командных окриков с палубы «Паллады», слабым эхом отдававшихся от стоящих на якоре кораблей.

Грей полностью оправился от последствий похищения и не удивился, когда два матроса пришли забрать его из маленькой каюты. Ему небрежно связали руки спереди (он оценил подобную предусмотрительность, хотя это и не сулило ничего хорошего) и насильно потащили вверх, на палубу, а затем в капитанскую каюту, где его ждал Иезекиль Ричардсон.

— Прошу, садитесь.