Скажи пчелам, что меня больше нет

Клэр сидела рядом, малышка Мэнди крепко спала у нее на коленях, свесившись с бабушкиной руки, как мешок с зерном. Джейми взял внучку на руки и прижал к груди, а Клэр прильнула к нему и положила голову на плечо в знак благодарности. На мгновение их с Мэнди буйные кудри переплелись, и его сердце наполнилось такой любовью, что даже умри он сейчас — не пожалел бы.

Клэр выпрямилась, и Джейми встретился взглядом с Роджером Маком, который сидел примерно с таким же выражением на лице. Они обменялись понимающими улыбками и опустили глаза на стол, усыпанный крошками и обглоданными костями.

123

И жизнь продолжается…

Возвратившиеся пилигримы — точнее, их взрослые представители — встали довольно поздно. Ну а дети, как водится, повскакивали с постелей на рассвете и побежали на кухню, где уже собралась целая толпа ребятни. Джем и Мэнди сразу подружились с Агнес и сестрами Хардман. Мэнди пришла в восторг от Честити и вызвалась кормить ее завтраком. Она ласково ворковала, кладя девчушке в рот малюсенькие кусочки, словно голодному птенчику, а Честити хихикала и захлебывалась молоком.

Решив сходить в кладовую за еще одним ведерком молока, я вышла из кухни и встретила спускавшуюся по лестнице Брианну — сонную, но полностью одетую.

— Как ты, моя хорошая? — спросила я, оглядывая дочь с ног до головы.

Бри стала бледнее и тоньше, чем до поездки в Саванну. Еще бы! Преодолеть три сотни миль в тряской повозке в условиях войны, бог весть какой погоды и скудных запасов пищи и вместе с тем заботиться о паре лошадей, муже и двоих детях, сидя на контрабандных ружьях, замаскированных под партию гуано летучих мышей… Однако вид у нее был счастливый.

— Поверить не могу! Это потрясающе… — Брианна обвела дом рукой и огляделась. — Но па до сих пор не установил дверь в хирургической, — хохотнула она.

— Ничего, успеется.

Глянув в сторону кухни (судя по негромкому гулу голосов и хихиканью, обстановка там была вполне мирной), я взяла дочь за руку и потащила ее к бездверному проему хирургической.

— Давай-ка послушаю твое сердце. Запрыгивай на смотровой стол и ложись.

Явно подавив желание закатить глаза, Бри с ловкостью кузнечика запрыгнула и послушно улеглась. Затем с блаженной улыбкой прикрыла глаза, расслабляясь на обитой войлоком поверхности.

— О боже! Я не лежала на такой мягкой кровати с тех пор, как мы уехали из Саванны. Тем более на такой чистой. — Она с наслаждением потянулась, хрустнув позвонками. — Кстати, лорд Джон просил передавать тебе привет.

— Так и сказал? — улыбнулась я, беря в руку стетоскоп Пинара.

— Нет, он выразился более элегантно, но смысл был именно такой. — Бри открыла глаза и пристально посмотрела на меня. — А его светлость герцог Пардлоу умолял нижайше кланяться. Написал тебе что-то вроде письма.