Скажи пчелам, что меня больше нет

— Пытался, — сухо ответил Джейми. — Я выстрелил, когда он набросился на меня с саблей. Не знаю, попала ли моя пуля в цель, но в спину я ему точно не стрелял. Когда сверкнула молния, я на миг увидел его бледное лицо. Потом на нас обрушилась гора, — добавил он, припоминая.

— Кто-то выстрелил ему в спину? — спросил потрясенный Эстерхази, поворачиваясь ко мне."

"— Иисус твою Рузвельт Христос, — пробормотала я себе под нос. — Да. Я вынула пулю. Капитан сейчас отдыхает. А теперь, лейтенант, будьте так любезны, помогите мне поднять полковника Фрэзера с чертова пола и дотащить его до кровати. Немедленно! — добавила я, поскольку он явно собирался продолжить расспросы.

Наши голоса разбудили Фанни и Агнес. Спустившись, заспанные девочки пришли в ужас от того, что лейтенант увидел их в ночнушках и халатах. Я отправила их на кухню: чистить лук для компрессов, натирать на терке корень гидрастиса и помогать миссис Каннингем с утренними гигиеническими процедурами. Мы же с лейтенантом Эстерхази вцепились в Джейми мертвой хваткой, поддерживая под локти, и в несколько этапов подняли его с пола: сначала на скамью (Блубелл тут же встревоженно обнюхала хозяина и лизнула его голые колени) и только потом — на ноги. Джейми покачивался из стороны в сторону, находясь в полуобморочном состоянии.

Я обняла мужа за талию, а лейтенант обхватил рукой его спину, и мы поковыляли из кухни, будто преследуемая полицией компания пьянчуг.

В спальне мы сбросили Джейми на кровать, словно мешок с цементом. Я тут же уперла руки в колени и стояла, хватая воздух ртом, пока черные точки не перестали мельтешить перед глазами. А когда наконец смогла выпрямиться, поблагодарила лейтенанта (он тоже раскраснелся и пыхтел как паровоз) и отправила его на кухню выпить чего-нибудь горячего. Затем расшевелила угли в очаге и раскрыла ставни: сейчас мне понадобятся и свет, и тепло.

Джейми лежал плашмя на кровати, с белым как мел лицом и жутким окровавленным компрессом на груди. Я накрыла его руку своей и расправила сжатые в кулак пальцы. В неярком свете дождливого дня рана выглядела скверно, но оказалась не такой уж серьезной. Сухожилия были не задеты, грудная мышца повреждена лишь частично, да и ключица только слегка оцарапана.

— Скорее всего, клинок отскочил от грудинной кости, — предположила я, осторожно ощупывая Джейми. — Иначе порез с этой стороны был бы гораздо глубже.

— Отрадно, — пробормотал он. Глаза под плотно прикрытыми веками беспокойно двигались из стороны в сторону.

— Ну что ж, приступим. — Я бережно промокнула рану смоченным в солевом растворе тампоном и выудила из баночки хирургическую иглу с нитью.