Скажи пчелам, что меня больше нет

Что ж, раз однажды сработало… Уильям расправил плечи, поднял голову и подошел к двери с таким видом, словно дом принадлежал ему.

— У меня сообщение для доктора Хантера, — сказал он. — Он здесь? Могу я его увидеть?

Часовой посмотрел на Уильяма слезящимися покрасневшими глазами.

— Нет.

— Могу я тогда узнать, где он?

Часовой прочистил горло и сплюнул — сгусток едва не попал Уильяму на носок сапога.

— Он внутри. Но вы не сможете его увидеть, потому что я вас не впущу. Если у вас сообщение, передайте через меня.

— Я должен передать его доктору лично, — твердо сказал Уильям и потянулся к дверной ручке.

Часовой сделал два шага в сторону и встал перед дверью, прижав мушкет к груди; его синий нос не допускал возражений.

— Ты не войдешь, приятель, — сказал он. — Доктор сейчас с бригадным генералом Бликером, их нельзя беспокоить.

Уильям издал низкий гортанный звук, ненамного уступающий рычанию, однако на Синего Носа это не произвело впечатления. Тогда он попробовал зайти с другого края:

— А миссис Хантер? Может быть, она в лагере?

Господи, хоть бы нет. Уильям глянул через плечо на царящий внизу кавардак."

"— Да. Она там. — Часовой ткнул большим пальцем за спину, указывая на дом. — С доктором и бригадиром.

— А бригадир у нас кто?..

— Генерал Бликер. Генерал Ральф Бликер.

Уильям вздохнул.

— Ну, если я не могу войти, не будете ли вы так любезны сходить и передать ей, что пришел ее кузен с посланием для ее мужа? Уж она-то может выйти и получить его?

Почти сработало. Уильям видел, что на лице мужчины сомнение борется с долгом, однако долг победил, и Синий Нос упрямо покачал головой.

— Проваливай, — махнул он рукой.

Уильям развернулся и, не оглядываясь, зашагал с холма, как ему велели. Когда высокие кустарники и небольшие деревья скрыли его от взора часового, он свернул в сторону.

Потребовалось немало времени, чтобы обогнуть вершину холма, осторожно пробраться к мельнице и смешаться с очередью возле нее. Теперь он отчетливо видел дом — и заднюю дверь. Слава богу, часового там не было, по крайней мере сейчас.

Уильям подождал, пока его перестанут замечать, и украдкой отошел, как будто по нужде. Быстро миновав кузницу, он пробрался к дому и… заскочил внутрь.

Ощущая волну ликования, он закрыл за собой заднюю дверь.

— Сэр?

Обернувшись, молодой человек обнаружил, что стоит на кухне, под прицелом взглядов кухарки и кухонной прислуги. В воздухе витал запах жареного мяса — в просторном очаге на вертеле крутился огромный поросенок. У Уильяма потекли слюнки, однако еда могла подождать.

Он поклонился и приподнял шляпу перед кухаркой.

— Прошу прощения, мэм. У меня сообщение для доктора.

— А-а, он в гостиной, — сказала одна из младших служанок. Девушка с восхищением оглядела фигуру Уильяма, и он улыбнулся ей.