Скажи пчелам, что меня больше нет

 — Она машинально прижала к груди покрытую чепцом головку Огги.

— То есть, если я сама решу их пристрелить, ты не будешь возражать? — спросила Дженни, изогнув черную бровь. — Потому что я никому не позволю обижать моего внука!

— Не кипятись, мам, — вмешался Йен. — Если нам встретятся злодеи, Рэйчел заговорит их до смерти, прежде чем ты успеешь выстрелить. — Он ласково подмигнул жене, и та немного успокоилась.

Дженни что-то буркнула в ответ — возможно, соглашаясь из вежливости. Больше тема стрельбы не поднималась.

У них было два крепких мула и лошадь, добротный фургон с провизией, сундук с одеждой и пеленками, а также дюжина бутылок «Особого виски» Джейми в тайнике под половицами. Средоточие ее жизни на ближайшие несколько недель. А потом — Северные земли. И Эмили. Вот бы вновь оказаться в уютной хижине на окраине Риджа вместе с Йеном и Огги! Рэйчел отчаянно храбрилась, когда Джейми на прощание поцеловал ее в лоб."

"— Счастливого пути, дочка, — ласково сказал он. — Мы еще обязательно увидимся.

Приободренная улыбкой, мелькнувшей в глубине его глаз, Рэйчел улыбнулась в ответ.

Джейми взял Огги на руки, помог невестке забраться в фургон, поцеловал малыша и передал матери. Дженни вскочила следом и заняла свое место среди тюков с провизией, устроив уютное гнездышко из одеял. Затем послала брату воздушный поцелуй, и Джейми просиял. Йен похлопал дядю по плечу, влез на козлы и дернул поводьями. Повозка тронулась.

Говорят, не стоит оглядываться назад, покидая какое-либо место, — мол, примета плохая. Однако Рэйчел без колебаний обернулась. Джейми стоял посреди дороги, словно часовой на посту, и смотрел им вслед. Он поднял руку, и девушка помахала в ответ.

Прощаясь с кем-либо, никогда не знаешь, удастся ли свидеться вновь. Все, что ты можешь — сказать человеку, как он тебе дорог. Ну почему она этого не сделала? Когда повозка накренилась на первом повороте, Рэйчел послала далекой фигуре воздушный поцелуй.

* * *Огги всю ночь капризничал, и Дженни самоотверженно таскала его на руках по комнате. Поэтому, как только Солсбери и боль прощания с братом остались позади, она заползла в глубь фургона, устроилась среди ящиков и тюков и крепко уснула. Огги свернулся комочком в одеяле у нее под боком, забывшись сном.

Как только выдалась возможность поговорить с мужем с глазу на глаз (впервые со вчерашнего дня!), Рэйчел спросила Йена о трупе.

— Уже известно, кто этот человек?

— Никто не знает. Похоже, он не местный.

Рэйчел кивнула, легонько сжав ему ладонь.

— Долго же ты это выяснял.

— Просто… лицо мертвеца показалось дяде Джейми знакомым, и мы вернулись в конюшню, чтобы еще раз взглянуть.

Йен всегда был честен с женой, как и она — с ним. Однако старался без особой нужды не рассказывать о том, что может ее огорчить.