Скажи пчелам, что меня больше нет

Поставить имя Джейми под каким-либо политическим документом при нынешних обстоятельствах — все равно что нарисовать мишень у него на спине. У всех нас.

— И все же… никто в западной части Северной Каролины не сомневается в твоей приверженности, — возразила я. — Ты ведь был одним из полевых генералов Вашингтона.

— Вот именно, — невесело усмехнулся он, — «был». Половина из тех, кто знает, что я был генералом — с месяц или около того, — считают меня предателем и трусом, бросившим своих людей на поле боя. Что я и сделал. Полагаю, они не удивились бы, обрядись я в красный мундир.

Надо полагать, присоединение к людям из-за гор с целью преследования и убийства лоялистов в какой-то мере должно было восстановить его репутацию закоренелого патриота.

— Чепуха. — Я встала, подошла к Джейми сзади и положила руки ему на плечи, сжав их. — Никто из твоих знакомых вовсе так не думает. Бьюсь об заклад, большинство жителей Северной Каролины никогда не слышали о Монмуте и не имеют ни малейшего представления о том, что ты там сражался, не говоря о реальном положении дел.

Реальное положение дел. Формально Джейми действительно бросил своих людей на поле боя, чтобы не дать мне истечь кровью. Правда, битва уже закончилась, а упомянутые люди были местными ополченцами, чей срок призыва к тому времени уже вышел или вот-вот подходил к концу. Только официальное сложение полномочий — в письменной форме — спасло Джейми от военного трибунала. А также тот факт, что Джордж Вашингтон, разгневанный маневрами Чарльза Ли в битве при Монмуте, вряд ли ополчился бы на Джейми Фрэзера — человека, который мужественно следовал за ним и доблестно сражался вместе с его людьми.

— Сделай три глубоких вдоха и забудь о них. Твои плечи тверды как скала.

Он послушно выполнил указание и после третьего вдоха наклонил голову вперед, чтобы я размяла ему затылок и плечи. Прикосновение к его теплой коже дарило мне обнадеживающее чувство постоянства.

— Лучше сделаю вот что, — произнес Джейми себе в грудь. — Пошлю Кливленду и другим по бутылке двухлетнего виски вместе с письмом, где будет сказано, что я на днях срезал ячмень и не могу оставить его гнить, иначе в следующем году нам виски не видать."

"Это меня успокоило. Поселенцы из-за гор были мятежниками, а некоторые, как Кливленд, даже кровожадными фанатиками, но, вне всяких сомнений, они правильно расставляли приоритеты, когда дело касалось виски.

— Отличная мысль. — Я поцеловала Джейми в затылок. — Если повезет, зима будет ранняя и снежная.

Джейми рассмеялся, и напряжение у меня в пояснице ослабло, хотя руки казались ватными.

— Берегись своих желаний, саксоночка.

Свет заходящего солнца теперь падал на Джейми сзади, затемняя профиль.