Заставь меня остановиться

На всю сеть… Что мне теперь делать? — хватаюсь ватными руками за голову.

— Для начала одеться. И желательно не ныть, — подталкивает меня к дивану, фактически усаживая на него, и вкладывает мне в руки верх от медицинского костюма. — Одевайся, — громко произносит он, поддев пальцем кончик моего носа.

Глава 19"

"Первая мысль, как только я накинула на себя медицинскую рубашку — была вовсе не о том, что это увидят мои знакомые, а о том, что видео так или иначе донесется до мамы с папой. Дочь, которой с детства твердили о запрете и пагубном влиянии алкоголя, шатается по чужому дому, ударяясь головой о дверь, блюет на кровать и параллельно несет какую-то пьяную лабуду… Я и без того их расстроила, а теперь еще и это. Вместо того, чтобы сконцентрироваться на застегивании пуговиц, на глазах появляются слезы. Как я могла так вляпаться? Ну вот как?! Из-за появившихся слез ничего не вижу. Перед глазами все мутно. И совершенно не соображаю, что нужно делать. Еще и чертова пуговица не поддается из-за непослушных, ватных пальцев.

— О, Господи, только не это, — перевожу взгляд на дверь. — Я ушел отсюда не для того, чтобы ты залила мне кабинет тонной слез. Чего ты ревешь, дурочка? — вытираю ладонями глаза, параллельно пытаясь сфокусировать взгляд на возвышающимся надо мной Лукьянове. — Аня, прием, — снова щелкает перед моими глазами пальцами.

— Я сейчас.

— Что ты сейчас? — а что, блин, я сейчас? Вновь устремляю взгляд на свои пуговицы. И только, когда к моей рубашке тянутся волосатые руки я немного прихожу в себя. Одергиваю Лукьяновскую ладонь, как только тот прикасается к моей пуговице.

— Не трогайте, я сама, — встаю с дивана, мысленно приказывая себе собраться и застегнуть рубашку. Больше никаких пуговиц! Все только на молнии. А зачем я вообще надеваю рубашку? — Мне надо домой, — поворачиваюсь к Лукьянову. — Сейчас в смысле.

— Да, прям сейчас. Иди умойся и заканчивай этот бабский поток. Раздражает. Дико. Подумаешь, поблевала на видео. Ты, в конце концов, не звезда первого масштаба и ничего криминального там нет. Неприятно, но не смертельно.

— Вы вообще ничего не понимаете! Я и так разочаровала родителей побитыми машинами и просроченной страховкой, а если они увидят это видео и меня на нем в таком состоянии… они просто не поймут меня. Сколько раз мне твердили с детства, к чему приводит алкоголь. И что я сделала в их отсутствие? Они меня точно не простят. Это позор.

— Чушь собачья, — хватает меня под локоть и подводит к раковине. — Родители прощают своим детям разные косяки, уж поверь мне, — включает воду, с силой наклоняя мою голову. — Почти все когда-нибудь напивались до поросячьего визга, равно как и обнимались с фаянсовым товарищем.