Найди меня

если когда-нибудь, чем-то смогу вам помочь, чем-то смогу быть полезна...

Слова как-то не шли, полный заплетык от избытка чувств. Да еще и страх разоблачения присутствовал все же, она никак не могла забыть, что этот человек дознаватель, а у нее нелегальное вторжение на территорию, и никаких при себе документов.

Мужчина очень внимательно слушал и смотрел на нее так пристально, что-то выискивая в лице. Внезапно он остановил ее жестом и сказал:

- Я бы хотел навестить завтра вас. Если это возможно.

- А... - Соня осеклась от неожиданности и покраснела. - Да, конечно, мы будем очень рады.

- Хорошо, - мужчина поклонился. - А теперь идите в дом, леди Софи. Уже поздно.

И стремительно пошел прочь, скрываясь за поворотом. А следом и рыцари, стоявшие поодаль, поклонились Соне и ушли за ним. Солейн шел последним, оглянулся, виновато улыбнувшись, и тоже исчез в переулке.

- Софи, - услышала она голос Иргена. - Заходи. Закрываться надо.

- Да, да, - она юркнула за дверь и побежала искать Нола и Зораиду.

А Ирген задержался в лавке, вроде хотел что-то там переложить, Соня не стала интересоваться. Зораида и Нол нашлись на кухне, тетка собираясь поставить воду, чтобы купать мальчика, а Нол сидел за столом, одна головенка торчала над столешницей.

Медный чайник с высокой круглой ручкой был водворен на плиту. На столе уже стояли тарелки с нарезанным мясным пирогом, свежий хлеб и сыр. Пожилая женщина налила в две кружки теплого молока, добавила меда и пододвинула Соне:

- Давай, вам обоим нужно, чтобы хорошо спать. И пирога, или хлеба с сыром. А то я заметила, ты почти хлеб не ещь. Вон, какая тощая, в чем только душа держится.

Соня чуть не подавилась. Хотела было сказать, что ничего она не тощая, но вовремя спохватилась. И стала кормить Нола, все вспоминая сегодняшний насыщенный событиями день.

Хмурилась. Угораздило же снова столкнуться с Хартом. Он вызывал в ней странные, смешанные чувства. С одной стороны, ужас жертвы. Он ведь ее чуть не изнасиловал. А с другой, увидев его в клетке, Соня почувствовала угрызения совести. Ведь в какой-то мере из-за нее он в эту клетку и попал, а оттуда отправится на виселицу.

Сердито одернула себя. Нашла, кого жалеть! Перед глазами встала вырезанная деревня, старая ведьма Улейн, назвавшая ее Ундиной и наделившая даром понимать язык. И осиротевший маленький Нол, которому она теперь стала мамой.

Еще ее смущал холодный интерес Фарэйна. Зачем ему, спрашивается, нужно это? Странные мысли, очень много непонятного.

Однако среди всех этих мыслей была и приятная. О том, что завтра к ним в гости придет этот непонятный, молчаливый, но такой интересный мужчина. Этот дознаватель. Невольно вспомнилось, как он вел ее через толпу, закрывая собой, это ощущение защищенности и его сильного тела рядом. И даже собственные крамольные мысли...