Этот мир не выдержит меня. Том 5

В ветеранском лагере разведчик проверял меня при помощи двух одновременно брошенных метательных ножей, но ружьё оказалось куда эффективнее…"

"Серая субстанция, из которой состоял перевёртыш, дрожала, исходила волнами и бугрилась. Слегка поблескивающее в тусклом неровном свете фонаря вещество пыталось собраться воедино, приняв форму человеческого тела. Зрелище, прямо скажем, отвратительное, но вместе с тем чуть ли не гипнотическое — оторвать взгляд от этого бесконечного движения было крайне сложно.

Звон, поселившийся в ушах после выстрела, стал потихоньку отступать, и я сразу же услышал восторженно-ошеломлённые возгласы Клопа.

— … потом северянин твой… ваш… ка-а-а-к вдарил одному, и понеслось! Тётенька ка-а-а-к прыгнула на другого! А потом сразу на третьего! А потом такая свалка началась! Я хотел помочь, но этот ка-а-а-к дал нашим! А потом всем своим хари ножиком искромсал!

Клоп для наглядности выхватил из-за пояса свой собственный покорёженный кинжал, который куда лучше подходил для чистки овощей, чем для боя. Пацан буквально захлёбывался словами в судорожных попытках выдать как можно больше информации за единицу времени.

— Потом этот из переулка убёг, а я за ним! По крышам! А он ка-а-а-к давай по городу кружить! Но я не отставал! А потом гляжу — он перекинулся! Вроде только что одна харя была, а потом — р-р-р-аз! — и уже другая!

Клоп не замолкал ни на мгновение. Он пытался сбросить накопившееся напряжение, выплеснув на меня всё, что ему пришлось пережить за этот долгий день.

— Я за ним везде таскался, все ноги стёр! А потом он Марком нашим обернулся и сюда пошёл! А потом ты… вы… пришли! А я не знал, как быть — дальше смотреть или уже обсказать всё как есть⁈ Висел за окном и думал, а потом решил, что пора! Тут-то ты… вы ка-а-а-к дали, аж стены затряслись! А этот лужей грязной расплескался…

Клоп указал пальцем на перевёртыша — тело того всё больше походило на тело человека. Тестообразные «отростки» собрались парами, одна из которых постепенно превращалась в руки, другая — в ноги, а там, где должны были находиться плечи, формировался узловатый комок. Видимо, голова.

— Если я чего неправильно сделал, то ты… вы… уж не злитесь… — смущённо закончил Клоп.

Он стоял справа от меня, переминаясь с ноги на ногу.

С того момента, как поддельный Марк познакомился с возможностями порохового оружия, прошло меньше минуты. Кисловатый дым всё ещё висел в комнате словно туман, а с улицы и с первого этажа трактира доносились встревоженные крики. Выстрел, прозвучавший как раскат грома, переполошил всю округу.

Я фиксировал взглядом малейшие движения перевёртыша. Разум быстро обрабатывал информацию. У меня в руках оказалась могущественная и чрезвычайно опасная фигура.