Люби меня

И я принимаю решение сделать ей самый слюнявый, самый горячий и самый, блядь, бомбический куни, который только способен выдать по уши втрескавшийся мужик.

Жестко останавливаю Сонину возню руками и жадно впиваюсь в ее орхидею ртом.

Ох, вашу мать… Ебать… Это нирвана с первых секунд... Это любовь с первого укуса…

30

Это должно быть запрещено законом...

Боже, нет… Это прекрасно!

© Соня Богданова

Я думала, что самое острое смущение между нами в прошлом. Ведь я пережила первое раздевание, первый контакт кожи к коже, первые интимные прикосновения, свой первый оргазм, первое семяизвержение своего мужчины. В последующие разы я чувствовала себя значительно свободнее и, как ни странно, кайфовее. Наверное, когда тот самый лютый стыд уходит на задний план, остальные эмоции и ощущения становятся ярче.

Но когда Саша наклоняется, прижимается к моей промежности носом и откровенно вдыхает запах, меня захлестывает такими волнами смущения, которое я еще не испытывала. Даже в нашу первую близость с Георгиевым так гореть не приходилось.

На коже тотчас проступают крохотные капельки пота, а тело разбивает дрожь.

Думаю, чтобы пережить это смущение, мне стоило бы закрыть глаза. Но я не способна это сделать. Отвести взгляд от Сашиного лица невозможно. Он выглядит растерянным в своем удивлении и любопытным в своей похоти. Именно так. Невероятное сочетание, которое дает мне полное осознание: для него подобное тоже впервые.

Ему этого очень хочется. А я не могу понять, взаимно ли это желание. В книгах, которые я читала, нередко встречались сцены, где герой делает героине куннилингус. Я знала об этом достаточно много. Но лично меня такой контакт не сильно интересовал. Не цеплял. Чаще всего я эти описания просто пролистывала.

Сейчас же… В очередной раз понимаю, как далеки книги от реальности.

– Боже… – все, что я могу выдохнуть, прежде чем Саша присасывается к моей раскрытой плоти ртом.

«Впритык... Вдохнуть… Взасос…»

Господи… Именно это он и делает. И мое тело пронизывают такие острые ощущения, что меня буквально подбрасывает на диване вверх. Если бы Саша не держал, я бы наверняка свалилась на пол.

Это слишком мощно. Это убийственно. Это должно быть запрещено законом.

Боже, нет… Это прекрасно!

Саша что-то мычит, и его рот целенаправленно сдвигается ниже. Давящая мякоть губ задевает мои складочки, горяченный и влажный язык касается сердцевины, и я с поражающей меня четкостью осознаю, насколько на самом деле чувствительна та часть меня. Пальцы и член дарят потрясающее наслаждение. Но именно нежность мужского рта вызывает какие-то особенные ощущения.

Да, Георгиев делает это по собственному страстному желанию. Он совершенно точно дуреет от запаха и вкуса моей плоти.