(Не) люби меня

Музыка звучала, обволакивала, заставляла сердце трепетать, и вовсе не от страха.

Это возмутило меня — и я рассердилась на собственную слабость, и на назойливость короля, и на слепоту Жозефа. Я прижала струны ладонью, заставив лютню замолчать.

— Ди! — воскликнул Жозеф. — Зачем ты перестала играть! Ваше величество! Такой прекрасный дуэт.

— Ты прав, — ответил король, откладывая флейту, — я получил подлинное наслаждение. Признаюсь, мне ничего так не хочется, как играть дуэтом с твоей женой каждый вечер.

Кровь бросилась мне в лицо от этого намека, но я промолчала, потому что Жозеф ничего не понял и заявил с восторгом:

— Ваше величество может рассчитывать на мою жену каждый вечер, для нас это честь!

Если бы я могла, я бы сейчас ущипнула Жозефа, чтобы он пришел в себя и прозрел, наконец. Но я сидела на скамейке с лютней, а мой муж стоял возле короля, готовый исполнить любой его приказ. Я закусила губу, глядя в пол, потому что боялась поднять глаза и встретить взгляд, который чувствовала всей кожей.

— Хотите сыграть в шахматы, сир? — предложил Жозеф.

Король согласился, и мой муж передвинул шахматный столик, а потом принес шкатулку с шахматными фигурами.

Игра началась, и мужчины совсем забыли обо мне, увлеченные войной — пусть и ненастоящей. Только тогда я осмелилась посмотреть на них. Они одинаково склонились над доской, и я видела их профили на фоне огня в камине.

Лицо короля, казалось, состояло только из резких линий и углов — горбоносый нос, упрямо выдающийся подбородок… Он напоминал сапсана, готового броситься на жертву. А в лице моего мужа не было суровой четкости. Его профиль словно был нарисован кистью по холсту — плавные линии, нежные полутона, даже волосы его лежали мягкими волнами, а не закручивались жесткими завитками, как у короля.

Жозеф походил… походил на щегла — был такой же яркий, подвижный, звонкий.

Даже голову к плечу он склонял по-птичьи — легким, игривым движением.

Я не раз играла в шахматы с Жозефом и сразу поняла, что он поддается. Король выиграл первую партию, и вторую, и третью…

Начинать четвертую он отказался и потянулся, разминая мышцы.

— Уже поздно, сир, — тут же подхватил мой мух, — вы желаете переночевать у нас? Я прикажу, чтобы приготовили комнату.

— Да, не хотелось бы возвращаться ночью, — милостиво согласился король. — Ужеив самом деле поздно."

"— Это огромная честь, — Жозеф торопливо поднялся, предлагая его величеству следовать за ним. — Мы устроим вас наилучшим образом. Я лично обо всем позабочусь. Ди, милая, отправляйся спать, — он поцеловал меня в лоб, и мужчины удалились.