Держи меня крепче

Я иступлено трусь промежностью о его возбужденный член сквозь плотную преграду ткани. Словно чувствуя мое нетерпение, Марк оттягивает пояс моих брюк и, осторожно скользнув в них рукой, гладит меня между ног.

- Ты вся мокрая, Белоснежка… Ты просто пиздец какая мокрая…

Его средний палец слегка надавливает на клитор, и я вздрагиваю словно от удара электрического тока. Сжимаю плечи Марка, не желая его от себя отпускать ни на шаг, ни на мгновение. Хочется молить его о том, чтобы он не прекращал ласки ни на секунду. Но движение руки вдруг прекращается, и он, отстранившись, хрипло спрашивает:

- Может быть сразу ужин, а?

Поднимаю на него невидящий взгляд и, ухватив за ворот рубашки, притягиваю к себе.

- Не останавливайся Марк, - умоляюще шепчу. - просто не останавливайся…

Внизу живота так приятно пульсирует, что еще несколько движений его руки, и я окажусь на финише.

- Скажи еще, Белоснежка… Твои слова просто охуенно мотивируют, - Марк шепчет мне на ухо и кусает за мочку.

- Пожалуйста, не останавливайся, Марк. – удовлетворяю его просьбу. - Я хочу тебя…

Едва его палец возобновляет плавные движения между ног, как перед глазами меркнет свет. Скребу его шею ногтями и прижимаю сильнее к себе. Мне хочется быть к нему еще ближе, но ближе уже просто уже невозможно. Будто со стороны слышу свой протяжный стон и закрываю глаза, чтобы не ослепнуть от яркой вспышки наслаждения.

- Господи, Марк… – тяжело выдыхаю его имя, словно после беспрерывного десятикилометрового кросса.

Обвожу языком пересохшие губы и немного отстраняюсь, тобы расправится с его ремнем, который никак мне не поддается.

Марк качает головой и, нежно взяв мою кисть, отводит в сторону.

- Не нужно, Лиза. Я говорил лишь об ужине, когда вез тебя к себе.

Мне кажется, что он смеется надо мной… Это шутка, ведь правда?

Марк отходит в сторону, поднимает свитер с пола и, бережно отряхнув, помогает надеть на меня. Я словно послушная кукла поочередно просовываю в него руки, и мне остается только спрыгнуть с тумбы и последовать за Марком внутрь квартиры.

Квартира просторная, с открытой планировкой, высокими потолками, грубой кирпичной отделкой стен, с роскошной мебелью в серых и черных тонах. В другой раз я бы могла ею восхищаться, но сейчас эта дизайнерская красота для меня не важна.

Когда мы доходим до кухни, я не выдерживаю и возмущенно топаю ногой.

- Марк, но я хочу тебя! - почти кричу.

Он открывает дверцу холодильника и, стоя ко мне спиной, отвечает:

- Я тоже хочу тебя, Белоснежка. Проблема в том, что вчера ночью ты была девственницей, и прошло еще слишком мало времени, чтобы я…

- Но я готова, Марк! – перебиваю, в два шага подлетая к нему и обхватывая его талию руками.

Утыкаюсь лицом в мощную спину и чуть не плачу от огорчения.