Меня зовут Корокотта

— Ты пообещал за мою голову пятьдесят тысяч денариев. Я принес ее. Гони деньги.

— Сейчас разбужу слуг… — тут же, не полностью оклемавшись, видимо, от сна и удивления, молвил он.

— Да я не спешу. Даже будить тебя не стал, решил подождать до утра, — остановил его.

— Я мало сплю. Часто просыпаюсь по ночам от кошмаров, как сейчас. Приснилось, что меня живого похоронили, — рассказал он.

— Это хороший сон: будешь долго жить, — истолковал я. — Мне тоже иногда такая гадость снится, что хоть спать не ложись. Никогда в жизни так не боялся, как во снах, хотя в каких только переплетах не побывал, — поделился я и опять показал на клинию по другую сторону стола: — Присоединяйся. Перекусим, поговорим, а утром займемся делами.

— Хорошо, — согласился он и собрался было налить себе сапы.

— Не пей эту гадость, — посоветовал я.

— Почему гадость⁈ — удивился он. — Очень вкусная, мне нравится.

— У тебя голова, печень, почки часто болят? — задал я вопрос.

— Да, — подтвердил он.

— Это из-за свинца в сапе, который накопился в твоем теле. Он медленно убивает тебя, — поставил я диагноз.

— Ты лекарь? — поинтересовался Октавиан Август.

— Нет, но моя бабушка была. Дочек и внучек у нее не осталось, умерли в детстве, вот она и пыталась передать свои знания мне, но ее внук быстро понял, что убивать людей намного выгоднее, чем лечить, — выдал я экспромтом.

— Ты хочешь сказать, что все болезни у меня из-за сапы? — не поверил он.

— Из-за свинца, которого много в ней, — повторил я. — Больше не пей ее и следи, чтобы воду тебе давали не ту, что течет по свинцовым трубам.

— И после этого выздоровею? — спросил он, наливая себе обычного вина.

— Совсем — вряд ли, потому что в твоем теле уже много отравы, но болеть будешь реже и легче. Вместо сапы пей каждый день коровье молоко, ешь мед и жуй забрус — и через несколько месяцев тебе станет легче, — уверенным тоном проинструктировал я.

При разговоре с больным врач должен оставить все сомнения и изложить курс лечения таким тоном, будто это каждому дураку известно. Если больной поверит, то наполовину вылечится. Может, прописанные мной продукты не помогут, но уж точно не навредят. В годы моей юности молоко было обязательным для тех, кто работал на вредном производстве, выдавали по стакану в обед, а мед и забрус полезны даже для здоровых.

Октавиан Август возлег на вторую клинию, внимательно посмотрел на меня и полюбопытствовал:

— Как ты смог незаметно пробраться сюда?

— Молча, — ответил я. — Удивляюсь, как при такой охране ты еще жив⁈

— Приходится выбирать из тех, кто не подведет, а они не самые лучшие служаки, — пожаловался император."

"— Заведи собак. Еще ни разу не слышал, чтобы хоть одна предала хозяина, — посоветовал я.

— Боюсь их. Меня в детстве укусила, — честно признался он.