Держи меня крепче

Не успел он договорить, как из кухни появился еще один молодой человек.

– Артем Сергеевич, взгляните, по-моему, там что-то интересное. – Мы прошли на кухню. Парень на ходу объяснил: – Я обратил внимание, что плинтус в этом месте неплотно привернут, решил посмотреть…

Холодильник стоял вдоль боковой стены, от окна его отделяло сантиметров тридцать. Занавеска до самого пола, удивительно, что парень обратил внимание на плинтус. Его успели снять, и даже со своего места я увидела тайник, небольшое углубление в полу под стеной. Должно быть, вынули из стены пару кирпичей, или они сами обвалились, хотя дом совсем не старый, но достижения наших строителей общеизвестны. В образовавшейся нише лежал сверток. Присев, Валерка аккуратно извлек его на свет божий. В пакете оказался пистолет и четыре пачки долларов, в каждой по десять тысяч.

– Не хило, – заметил Валерка. – А вы говорите, брать нечего. Есть, есть, что взять.

– Меня больше пистолет смущает, – заметила я.

– Сама говоришь, он бывший военный, многие любят такие игрушки.

– Что-то не вырисовывается, – подумав немного, сказал Артем. – Если убийца шел за деньгами, глупо убивать хозяина, пока ты эти деньги не получил. В квартире был ребенок, пригрозил отцу, что с ним разделаешься, и мужик махом бы денежки выложил.

– Хочешь сказать, что убийцу вовсе не деньги интересовали? – уточнила я.

– Сама подумай, если деньги, почему он ушел без них?

– Вдруг его кто-то спугнул?

– Что не помешало ему убить хозяина? Нет, тут другое. Возможно, он знал об этих деньгах, но интересовали убийцу отнюдь не они.

– Вот я и говорю, – влез Валера. – Детишек было двое.

– Что-нибудь на присутствие двоих детей, а не одного в квартире указывает? – задала я вопрос.

– А что может указывать? Бутылок для питания пять штук, так это не показатель, три пустышки тоже. Одежда для ребенка месяцев семи может быть одинаковой как для мальчика, так и для девочки. Одеяло одно, но в чем-то малыша должны забрать отсюда. Попробуем установить, конечно, – закончил он.

– Вот-вот, твоя идея, ты и устанавливай, – пробурчал Артем, которому происходящее нравилось все меньше и меньше. Уверена, наши мысли двигались в одном направлении.

– Ребенку семь месяцев? – уточнила я.

– Примерно так. Это врач сказала, я в детях не очень-то разбираюсь.

– Вопрос в том, откуда у убитого такие деньги? – вновь заговорил Артем. – Сумма, согласись, серьезная. В сочетании с пистолетом наводит на определенные размышления.

Валерка вертел в руках ствол.

– Не похоже, чтобы из него недавно стреляли.

– Документы Арапченко в квартире нашли? – спросила я.

– Нет. Есть только ксерокопия паспорта у хозяйки.

– В паспорте в графе «Дети» должна быть отметка, если он действительно отец ребенка. Могли бы узнать, мальчик или девочка.