Жизнь внутри меня

Две фигуры, мужская и женская, стояли по обе стороны от постамента. Мужчина держит девушку за руку, а она пытается вырваться, на лице написан страх и ужас. Поразительно, как точно он передал мои эмоции в тот день. К тому же мой образ тоже прорисован очень кропотливо и тщательно. Хрупкая фигура, затянутая в корсет, который подчеркивал грудь и тонкую талию. Свадебное платье с едва заметным цветочным рисунком. С распущенных волос до самого пола спускается полупрозрачная фата, слегка зацепившись за плечо девушки. Казалось, этот рисунок вот-вот оживет и все герои придут в движение. Девушка закричит и потребует отпустить ее, а мужчина отдаст приказ жрецу, который остался за границами листа.

Себя Арис рисовал не так скрупулезно, как меня. Одежда прорисована далеко не так подробно, но на лице застыла надменная улыбка. Его большая и крепкая рука легко удерживает хрупкую девушку, сжимая ее руку крупными пальцами. Не знаю, насколько объективно он передал наши пропорции, но на рисунке Арис казался настоящим великаном, на две головы выше меня и раза в два крупнее. Девушка пыталась вырваться, но у нее не было шансов. Эта сцена производила гнетущее впечатление, давая зрителю понять недвусмысленную вещь: несмотря на свадебные атрибуты, происходит насилие.

Я перевернула страницу. То, что я увидела на следующем развороте, поразило и возмутило меня. Арис нарисовал нашу первую брачную ночь. Точнее, то, как он видел ее. Видимо, мой муж решил запечатлеть тот момент, когда наша близость подошла к концу. Моя нарисованная копия лежала на смятой постели, повернув голову набок и устало прикрыв глаза. Ее руки лежали по обеим сторонам от головы, ноги чуть согнуты в коленях. Арис смог передать изнеможение девушки и в то же время ее удовольствие. Особое внимание он уделил прорисовке тела. Шея, грудь, талия, бедра и интригующая ложбинка внизу живота. Он не стеснялся рисовать меня обнаженной, такой, какая я есть. Рисунок получился очень эротичным.

Признаться, несколько минут я боролась с настойчивым желанием вырвать эту страницу или пролить на нее чернила. Меня не покидало ощущение, что в момент секса меня тайно снимали, а потом распечатали фото для личного пользования. Хотя, если подумать… В этом мире наверняка нет никаких законных изображений близости мужчины и женщины. Вот и справляются как могут – рисуют все по памяти. Надо будет обязательно поговорить с Арисом об этих рисунках. А если бы их нашла не я, а кто-то из слуг? Или вовсе кто-то из его друзей?..

Тряхнув головой, я перевернула страницу с порнорисунком. А вот следующее изображение ярко выделялось среди всех остальных рисунков альбома, ведь оно было цветным. Это была я. Арис нарисовал мой портрет. Это первый настоящий портрет, который я встретила в альбоме.