Назови меня своей

 — Просто некоторые вещи тебе пока знать рано, Лёля, — его голос стал вкрадчивым, низким, и меня пробрало от него до самых костей. — Всему своё время.

Я сглотнула и ничего не ответила. Продолжать опасный разговор было боязно, и я попыталась отвлечься, сосредоточившись на приятных ощущениях. То, как бережно и аккуратно меня намыливали, вызывало странное стеснение в груди, сердце билось всё быстрее, и я уже готова была поверить в то, что разговоры о наказании лишь для того, чтобы припугнуть, а на самом деле оно заключалось именно в этой помывке меня лордом Мартином. Ведь тоже вызов моей скромности и стеснительности, в какой-то мере. Может, всё закончится на принятии ванной?.. Ну… прикосновения и ласки, вроде тех, что были в парной, я переживу. Наверное. Если вдуматься, мне на самом деле нравилось, просто… так непривычно, быстро и я совсем не знаю моих хозяев. Но ведь они ясно дали понять, что наша близость неизбежна, и чем скорее я смирюсь с этой мыслью и приму её, тем лучше будет для всех, и для меня в первую очередь. Не думаю, что их интерес продлится надолго, и в общем, они мне не так уж противны. А что двое… Толку возмущаться и сопротивляться. Будет так, как они захотят, невзирая на мои желания. А буду артачиться, ещё и магию применят, чтобы заставить смириться.

От очередного краткого приказания я чуть не вздрогнула, слишком сильно углубившись в размышления. Оказывается, лорд Мартин уже закончил с моими волосами и, видимо, желал приступить к остальному. Справившись с кратким приступом стеснительности — поздно уже стесняться, всё, что хотел, вампир давно увидел и рассмотрел в деталях, пока стояла перед ним без единого клочка одежды не так давно, — я послушно встала, повернувшись к лорду Мартину лицом.

— Умница, — мурлыкнул он, улыбнувшись, и его намыленные ладони начали медленно спускаться по моему телу. — Быстро учишься, Лёлечка. Надеюсь, и дальше такой же послушной будешь.

Я же почти не слышала его слов, меня словно в горячий сироп окунули. Пальцы лорда Мартина, скользкие, и уже не такие прохладные, как раньше, мягко погладили мою грудь, обвели вокруг сосков, и к моему замешательству, тело отреагировало моментально. Розовые горошины сладко заныли от ласки вампира, мой рот приоткрылся, и я выдохнула, не в силах совладать с эмоциями. А Мартин смотрел на меня, пристально, внимательно, и от его тяжёлого взгляда охватила слабость, я не могла пошевелиться. Он продолжал неторопливо ласкать, то едва прикасаясь, то слегка сжимая, вызывая вспышки острого удовольствия, молниями пронзавшие до самых пяток. Все ощущения сосредоточились в двух местах, на пылавших огнём, ставших слишком чувствительными сосках и внизу живота.