Прости меня (СИ)

И пусть я на территории университета, мне как-то всё равно не спокойно. И не зря. Не доходя до стоянки, стояли парочку парней. Они громко смеялись, а ещё вроде бы распивали алкоголь. Избежать столкновения с ними мне не удастся. Чтобы выйти на стоянку, куда я вызвала такси, мне придётся их пройти.

Не то, чтобы я сильно боялась. Хотя, нет, вру. Мне реально стало страшно. С моим-то везением. За последние три-четыре месяца меня дважды хотели взять силой.

Набрав в лёгкие побольше воздуха, а в руку достав баллончик, я решительно двинулась вперёд. Парни заняты разговорами, даже не обращали на меня внимания. Но полностью их пройти я не успела.

— Опа, парни, а кто это тут у нас ночью один ходит? — слышу знакомый голос.

Я вся начинаю дрожать, и лишь от этого ускоряю шаг.

— Не уж то знаменитая черри, собственной персоной? — продолжает говорить Артём Малахов.

Но почему именно он тут стоит с друзьями?

Я уже вижу вдалеке заезжающую на парковку машину такси. Шапочка на ней, кажется мне спасительным сигналом. Но дойти до такси у меня не получается. Парни догоняют за секунду, и окружают меня втроём.

— Ты, что оглохла? — уже почти впритык спрашивает меня Артём.

— Чего доебался? — отвечаю ему через чур грубо и дерзко.

Честно говоря, мозгами понимаю, что его провоцировать не стоит. И надо быть потише. Но мне так страшно, а в такие моменты я стаю не адекватной.

— А ты смотри, какая дерзкая? Мне такие, ой как нравятся, — говорит справа от меня парень.

Они все пьяные. Рука лишь сильнее сжимает баллончик. Но справляюсь ли я? Смогу с тремя сразу справиться? А если не получиться? Их трое. Трое. Если я не правильно воспользуюсь баллончиком, это будет стоять мне очень дорого.

Если они меня изнасилуют, я этого не переживу просто.

Я видела, этих парней с Малаховым. Они не играют в футбол, но на матчи часто приходят. А ещё, я видела их в клубе. Как они грязно и мерзко ведут себя с девушками.

— Отвалите, а?! Я опаздываю. За мной такси уже подъехало.

А ведь такси это реально единственное спасение. Ведь на всей стоянке, как назло ни одной души.

Я смотрю за тем, как Малахов долго не думает. Бежит к таксисту, что-то там ему говорит и тот уезжает. В эту секунду я прихожу в себя.

— Эй, стойте. Не уезжайте, — рвусь я в сторону такси, но парни легко преграждают мне дорогу.

Шапочка такси исчезает из виду, а с ней и моя уверенность в себе.

Почему вокруг меня сколько ублюдков? Почему все хотят моё тело? Это моё тело, и только я вправе решать, кому его можно трогать.

— Так что, черри, как загладишь свою вину?

— Какую ещё вину, Малахов? Ты, я смотрю, последние мозги уже пропил.

Где я беру силы, чтобы отвечать? Просто это инстинкт сохранения. Просто думаю о том, что как бы было круто, если б была в джинсах и кроссовках. Я бы уже бежала от сюда, куда ноги глядят.