Верь в меня

Торголд уставился на собеседника из-под лохматых бровей.

— Предположите, что она была смертной женщиной, но при этом наделенной особым даром вызывать в этот мир существ из другого… мира. Предположите и то, что дар ее имел еще одну сторону — ее могли вызвать из нашей действительности, если несчастье, с которым она столкнулась, стало непереносимым.

Хоук долго молчал. Он кое-что знал о женщинах, наделенных необъяснимыми способностями, от которых они страдали. Да, ей-богу, знал и все-таки сказал:

— Люди не могут жить в море, как бы они этого ни хотели.

— Да, но они этого не хотят, потому что верят, что не могут. Они не расстаются со своим телом со дня рождения и привыкли думать, что ничего иного им не дано. Но жизнь… — Торголд повел рукой в сторону деревьев с густой листвой, которая должна была вскоре опасть, показал на реку, вода в которой бежала так быстро, что любую ее капельку можно было видеть лишь мгновение, на летящие по небу белоснежные облака, которые исчезали из виду, словно их и не было. — Жизнь постоянно меняется. Вся штука в том, чтобы это заметить.

Мысли Хоука окончательно спутались. Он понимал, что в словах этого человека было что-то очень важное, но оно казалось слишком тонким и неуловимым, как паутинка.

— Вы со старухой сочинили эту сказку, чтобы Кристе стало легче жить, — сказал он.

Это прозвучало логично и даже сочувственно. Он не хотел обвинять странную пару.

— Мне не угодно! Но я думаю, что понял. Если бы она заподозрила правду…

— Чью правду, что за правду, правду из правд? Соберитесь с мыслями, Хоук Эссекс. Это крылья, которые вам предстоит развернуть.

С этими словами Торголд исчез. Сию секунду был здесь и вот его уже нет. Хоук быстро огляделся, но не увидел ни малейших признаков маленького человека. Он прислушался, и до него донеслось позвякивание брошек, пряжек, браслетов и бусин, танцующих в воздухе.

Глубоко задумавшись, Криста свернула не в ту сторону и оказалась в том крыле королевского замка, которого прежде не видела. Оно находилось в стороне от комнат прислуги. В этот час дня здесь было безлюдно. Криста побродила некоторое время, пытаясь разобраться в лабиринте коридоров, и наконец обнаружила дверь, ведущую во двор. Она встретила юношу, который, видимо, спешил куда-то с поручением, и попробовала его остановить и расспросить, как пройти в главный зал. Оттуда она нашла бы дорогу к себе в комнату.

— Вот сюда, — сказал юнец, замедлив шаги, — поверните налево, потом еще раз налево, пройдите прямо, а потом второй, нет, третий поворот направо. Еще немного — и попадете куда вам нужно.

После этого не слишком вразумительного объяснения он побежал дальше, предоставив Кристе припоминать все, что он сказал.

— Налево… — бормотала она, следуя его указаниям. — Так, теперь налево и прямо.