Лучший друг девушек – Мендельсон

– В жагше, – еле произнесла Настя, понимая, что тип не отвяжется, пока не узнает место ее работы.

– В загсе? – повторил тот, Настя кивнула, продолжая жевать. – Я не женат. Хотя на свадьбе друга…

Настя обомлела. Такую свинью ей еще не подкладывало ни одно домашнее животное! Перед ней стоит никакой не тип, а привлекательный холостяк, а она не в состоянии с ним разговаривать. Откуда у нее взялась патологическая жадность? Раньше она была ей не свойственна! Нужно было отдать всю колбасу бедной голодной собачке и разговаривать с хорошим человеком спокойно. Ведь, как ни крути, он сосед Селезнева, а с соседями нужно дружить. И с их собаками тоже.

– Точно, – напрягался тот, – я видел вас в загсе, когда женили Петрова! Потому у меня при виде вас такое странное ощущение радости и тревоги. Оно может быть только при заключении брака, когда мужчина теряет свою свободу в торжественной обстановке, и другие радуются, что он пополнил их нестройные ряды.

– Угу, – подтвердила Настя. Безусловно, в нормальном состоянии она с Гуриным не согласилась бы. Но спорить с полным ртом было бесполезно, половину из сказанного он все равно не поймет.

– Я так и не услышал вашего имени, прекрасная незнакомка!

Незнакомка скривилась, проглотила, прокашлялась и представилась:

– Анастасия. – Фамилию говорить не хотелось, она не подходила моменту. Да и незачем ему знать ее фамилию, все равно, когда Настя выйдет замуж, ее поменяет. Когда-нибудь она все-таки выйдет замуж.

– Красивое имя, – восхитился Гурин и попытался поцеловать руку девушки. Однако выскочившая из кустов собака помешала это сделать, чуть не сбив их с ног. – Глафира, – прикрикнул на нее Артем, – иди на место! – Но та села рядом с ним. – Ревнует, – пояснил тот, – в последнее время мне катастрофически не везет. Ко всему прочему меня стала ревновать собственная собака. Давайте договоримся, Анастасия, встретиться через полчаса! Нам еще нужно поговорить про Петрова. Я покормлю собаку, она с утра отказывается от еды, и ограничу ее доступ в свободное пространство, чтобы она нам не мешала."

"«Еще бы она не отказывалась от еды, – глядя на то, как он удаляется с прожорливым животным, подумала Настя. – Нужен ей собачий корм, когда кругом полно доверчивых девиц с докторской колбасой. Ешь – не хочу». После этой мысли она попыталась настроить себя на позитив.

Итак, что она имеет в остатке? Кроме колбасы, естественно, которая все еще лежит в холодильнике.

Привлекательного, в меру озадаченного мужчину с прожорливой собакой, которая под страхом смерти клянчит еду у наивных прохожих. Если не брать собаку, он пообещал ее закрыть, то остается заинтересованный ею холостяк, природа и чудный летний вечер, медленно, но верно надвигающийся на дачный поселок.