Хозяйка Мельцер-хауса

 – И ведешь себя, как маленькая девочка. Особенно во время помывки – никогда не снимешь штаны перед всеми. Ну, смотри, чтобы к дежурству ты снова был на ногах.

Гумберт никак не отреагировал. Кто такой этот Вольтингер? Такой же простой солдат, как и он сам. Он остановился, когда мимо него прошли три товарища, но по-дружески кивнул только Якову, что должно было означать: не беспокойся, со мной все в порядке. Яков Тиммерман тоже слегка улыбнулся и заковылял вслед за сослуживцами к коровнику. Неужели с этой опухшей ногой его пошлют в Верден? Нет, вряд ли.

Гумберт прислонился спиной к стене, так как почувствовал внезапную слабость, как будто у него буквально отнялись ноги, и ему пришлось быстренько присесть. Это был почти обморок, с которым он смог все же совладать. Тяжело дыша, он застыл, но когда заметил, что штаны отсырели на холодной земле, снова медленно поднялся. Дверь в избу со скрипом открылась, белокурая девчонка выбежала во двор с ведром в руке и, выплеснув помои в навозную кучу, обернулась к нему.

– Vous etes malade? Вы больны? – спросила она сочувственно.

– Просто закружилась голова…

Указательным пальцем он прочертил в воздухе волнистые линии, и она кивнула, мол, поняла.

– Un cafe? Это поможет от…

Опрокинув ведро, на дне которого еще оставалось немного жидких нечистот, она прочертила пальцем такие же линии в воздухе.

– Нет, спасибо… Merci… Я буду спать. Dormir…

При этом он сложил ладони, подперев ими правую щеку. Она кивнула и широко улыбнулась ему. У нее были огромные голубые глаза и почти невидимые белые ресницы.

– Доброго сна, – пожелала она, кокетливо отвернулась от него и потянула за дверь.

Дождь усиливался, капало даже сквозь навес, и лужа перед домом становилась все больше, подбираясь к башмакам Гумберта. Он, нерешительно передвигаясь вдоль стены, завернул за угол, где была невысокая пристройка, и подумал, не забраться ли в нее. Здесь стояла старая деревянная тачка, небось, с прошлого века ни разу не поменявшая положение. На ней вповалку лежали корзины, мешки, грабли, вилы для навоза, лопаты, старый веник из хвороста… Может, спрятаться под мешками и тихо лежать, притворившись деревяшкой, до тех пор, пока не начнут искать. И что они будут делать, если он просто исчезнет? Или растворится в воздухе?

Они его найдут и накажут. За такие дела можно угодить в тюрьму, а дезертира могут и повесить. Он, крадучись, прошел вокруг сарая, осмотрел огород, отделенный низенькой стеной. Лук дерзко пустил свои зеленые стрелы из сырой земли, не заботясь о том, что еще могут грянуть заморозки. Гумберт пошел дальше, но его нога наткнулась на брус, он споткнулся и только теперь увидел деревянную лестницу, прислоненную наискось к стене дома, – она вела к маленькой двери прямо под крышей.