Мелодия убийства

В тот день он зарекся, что никогда больше не станет трусить и обязательно будет служить в милиции.

Закончив с захоронением Пирата, Никита наконец-то поднялся на крыльцо и отпер дверь ключом, который достал из-за дверного косяка. Войдя в дом, закрыл за собой дверь, выпрямился и расправил плечи. Вступительная часть операции окончилась, и Никита вздохнул с облегчением, хотя и понимал, что самое сложное еще впереди.

Он поставил к стене клюку. Огляделся и вдруг почувствовал, что чертовски голоден. Когда они с Зубковым разрабатывали план операции, почему-то ни тот, ни другой не подумал, что Никите, возможно, придется провести здесь не один и не два дня. Вот черт, а есть-то как хочется. Никита, недолго думая, решил осмотреть дом Щукина на предмет съестного. Хлеб, кусок сала, в погребе был ларь с картошкой, Никита ликовал.

Спустя час он уже сидел за столом и с аппетитом уплетал жаренную на плитке картошку и пусть и заветренное, но все же вполне приличное сало с луком и хлебом. Как только он закончил трапезу и убрал со стола, лег и, откинув все тревожащие его мысли, почти сразу уснул.

На следующее утро Никита проснулся рано, умылся, позавтракал и долгое время не знал, чем себя занять. Время тянулось медленно, и, чтобы хоть как-то его скоротать, Никита заглянул в один из шкафов, нашел там книжку про пчеловодство и, начав ее читать, узнал, что, помимо меда, пчелы дают еще много полезных продуктов, таких как прополис, воск и пчелиный яд. Когда Никита перевернул десятую страницу, с улицы донесся возглас:

– Сосед! Ты дома? Это я, Глафира Ничипоренко… соседка твоя. Мне сказали, что выписали тебя. Тебе молочка козьего не надо? Вкусное молочко… парное.

Никита вздрогнул. Началось. Помня о том, что соседи не должны ничего знать про подлог, Никита открыл окно. У калитки стояла грудастая баба лет тридцати в стеганой фуфайке и с крынкой в руке. Никита что-то невнятно пробормотал и замахал рукой, тем временем второй прикрывая рот.

– О, как тебя перемотали-то всего, прям не узнать.

«Так мне то и нужно», – подумал Никита. Баба тем временем не уходила.

– Так чего? Не нужно молока?

Никита яростно помотал головой.

– Ну, как знаешь! – Женщина замешкалась, потом спросила: – А меда дашь? А то у меня кончился, а Сенька мой засопливил.

Никита помотал головой и снова замахал руками.

– Ты чего это? Все ж берут, а ты что?

Никита снова замахал руками и захлопнул окошко, продолжая наблюдать за незваной гостьей через щель в занавеске. Женщина какое-то время постояла, потом резко повернулась и, что-то бормоча себе под нос, двинулась в сторону соседнего дома. Никита перевел дух. Соседка не узнала, вот и славно, разозлилась, но не узнала. Никита плюхнулся в постель и проверил рукой пистолет, холодная сталь еще больше придала уверенности в себе.