Мельницы богов

Он попытался спорить, но, увидев выражение ее лица, замолчал.

– Ну что ж, если вы настаиваете, я пошлю…

– Нет. – В голосе Мэри звучал металл. – Я хочу, чтобы это сделали вы. С вами поедут два человека.

Майк в присутствии Ганни и еще одного морского пехотинца ничего не сможет предпринять. Она уже предупредила Ганни, чтобы тот не спускал глаз с Майка.

Майк удивленно смотрел на Мэри.

– У меня много дел. Возможно, завтра…

– Я хочу, чтобы вы отправились туда немедленно. Ганни ждет в вашем кабинете, – сказала она тоном, не допускающим возражений.

Майк медленно встал.

– Ладно.

Когда он ушел, Мэри почувствовала такое облегчение, что у нее даже закружилась голова.

Она позвонила полковнику Маккинни.

– Я еду на церемонию, – сообщила она.

– Я категорически против. Зачем подвергать себя риску?

– У меня нет выбора. Я представляю нашу страну. Не могу же я все время прятаться. Как я буду потом смотреть людям в глаза? С таким же успехом я могла бы уехать домой. А у меня, полковник, нет такого желания.

Глава 28"

"Церемония закладки нового здания американской библиотеки должна была состояться в четыре часа на площади Александру Сахия. В три часа там уже собралась большая толпа. Полковник Маккинни разговаривал с полковником Аурелом Истрасе, главой секуритате.

– Мы обеспечим максимальную безопасность вашему послу, – пообещал Истрасе.

Истрасе сдержал свое слово. С площади убрали все машины, чтобы никто не мог подложить в них бомбу. Вокруг площади стоял полицейский кордон, а на крышах домов залегли снайперы.

За несколько минут до начала все было готово. Специалисты по электронике проверили всю местность и не обнаружили никаких взрывных устройств. Когда все проверки были закончены, Истрасе сказал полковнику Маккинни:

– Мы готовы.

– Отлично. – Полковник повернулся к своему помощнику: – Скажите послу, что все в порядке.

К лимузину Мэри проводили четыре морских пехотинца.

– Добрый день, госпожа посол, – расплылся в улыбке Флориан. – Это будет прекрасная новая библиотека, не так ли?

– Да.

Флориан разговаривал без умолку всю дорогу, но Мэри не слушала его. Она вспоминала улыбку Луи, его глаза, то, с какой нежностью он занимался с ней любовью. Она с силой сжала кулаки, чтобы физическая боль вытеснила душевную. «Я не должна плакать, – повторяла она. – Что бы ни случилось, я не должна плакать. Больше не существует любви, только ненависть. Что случилось с миром?»

Когда лимузин прибыл на площадь, из него сначала появились два морских пехотинца, внимательно осмотрели все вокруг и лишь потом открыли дверцу, чтобы вышла Мэри. Когда Мэри подошла к тому месту, откуда она должна была выступить с речью, два вооруженных полицейских стали спереди и два – сзади.

Увидев посла, собравшиеся захлопали в ладоши.