Мельничиха из Тихого Омута

Во дворе мешки были свалены грудами, а на крыльце появилась мамаша Жонкелия -красная, растрепанная и запорошенная мукой с головы до ног. Увидев меня, она заорала, ничуть не стесняясь сторонних людей:

- Сколько тебя ждать? У нас работы - решето с горкой! А тебя где-то носит! Я тебе осёл вьючный, что ли?

Трое крестьян повернулись ко мне, и заговорили наперебой:

- Долго ещё ждать, хозяйка? Уже ночь на дворе! Мы получим сегодня свою муку?

Остальные возницы тоже начали подтягиваться, требуя молоть побыстрее. Я выдохнула, пересчитывая мешки и прикидывая, за какое время мы с Жонкелией справимся с таким объемом работы."

"- Боюсь, сегодня не успеем, - я развела руками перед клиентами. - Больше ста мешков... Мы и за ночь не управимся. А что случилось? Почему вы все здесь?.. - я оглянулась на остальных крестьян, которые брели к мельнице, как зомби из фильма ужасов.

- Графская мельница сегодня встала, - мрачно сказала Жонкелия, вытряхивая из фартука мучное облако. - Сломалось мельничное колесо. Поэтому все едут к нам.

- Хозяйка! Нельзя ли побыстрее? Мы тут с полудня стоим! - неслось со всех сторон.

Но вдруг недовольные голоса сменили мелодию:

- Эй! Вы что творите?.. Я буду жаловаться!..

Мы все на минуточку отвлеклись от проблемы одновременных заказов и уставились на судью, который, привязав вороного, теперь методично обыскивал каждую повозку. В стороны летели тряпки, сено, открывались все сумки и дорожные сундуки.

- Вы совсем страх потеряли, господин Кроу?! - завопил кто-то. - Вы что ищите в моей коляске?

- Вас не спросил, - довольно невежливо ответил судья, продолжая своё дело.

«Ружьё, - поняла я. - Он ищет ружьё. Вполне возможно, что стрелял кто-то из этих милых и добрых людей, которых я угощала пирогами».

Но пусть судья делает своё дело, а мне надо позаботиться о мельнице. Тем более что на нас неожиданно свалилась такая удача - конкурент сломался. Этим надо воспользоваться по полной.

- Внимание! Внимание! - крикнула я, несколько раз хлопнув в ладоши, чтобы крестьяне отвлеклись от судебного произвола. - Все получат муку, прошу только немного терпения и спокойствия! Мамашенька, - обратилась я к Жонкелии, - принесите мне быстренько разделочную доску, уголёк и шило. Только быстро!

- Нахалка, - буркнула Жонкелия, но пошла исполнять, и уже через две минуты я получила и доску, и шило, и уголь - горячий, только что из печки.

Я сильно подозревала, что горячий уголь старуха притащила из вредности, но не стала ссориться из-за обожжённых пальцев, а положила уголь в траву, чтобы остыл.

- Так, мои дорогие, сейчас мы всё запишем, - деловито сказала я. - Имя, пожалуйста? -спросила я у крестьянина, чьи мешки уже были перетащены к двери.

- Милвертон, - ответил тот растерянно. - А зачем?..

- Мил-вер-тон, - я процарапала на доске его имя, - так, у вас... один, два... пять...