Мельничиха из Тихого Омута

У вас ведь ни скатерти, ни салфеток? Ну да, почему-то я так и думала.

Судья ел жадно, стеснялся меня и ничего не мог с собой поделать. Так как в доме был один только стул, который хозяин благородно уступил мне, есть господину Кроу пришлось стоя. Но он не слишком переживал по этому поводу и работал ложкой так, словно она превратилась в хозяйственный гаджет ТНП - только не подавись.

- Я не виноват, что вы так вкусно готовите, хозяйка, - всё-таки извинился он. - Эта ваша стряпня - чудо, что такое.

Он открыл окно, но не полностью - только приоткрыл ставни, но дышать в этом пьяном логове сразу стало легче. Снаружи уже стемнело, и я зажгла свечку - вернее, свечной огарок, который обнаружила в пыльном поддувале печи.

- Так что вам сказал господин Римсби? - спросила я, когда судья поел, отложил ложку и уставился на меня подозрительно и... немного с надеждой.

- А вы как узнали, хозяйка? - ответил он вопросом на вопрос. - И говорили ли об этом кому-нибудь.

- Нет, не говорила, - покачала я головой. - Так что если вас снова упекут в дом для умалишенных, то не по моей вине.

Он хмыкнул и отвёл глаза.

- Неужели вас отправили туда только из-за показаний жены? - удивилась я. - Разве этого достаточно?

- Ну, когда жена - дочь лорда Дорсета, просто удивительно, что меня живьем не закопали,

- буркнул судья.

- А была такая вероятность?

- Была, - тут он посмотрел мне прямо в глаза. - Если бы Анна заявила, что я - колдун, призывающий мертвецов.

- Некромант, - подсказала я. - Значит, вы их вызываете?

- Я всё-таки окно закрою, - сказал Кроу и принялся наглухо запирать ставень. - Раз вы пришли, хозяйка, надеюсь, я получу кое-какие объяснения.

- Смотря, что вы хотите услышать, - ответила я небрежно, хотя сердчишко у меня жалобно дёргалось. Всё-таки признаваться было страшно.

- Вы ведь не Эдит Миллард, - судья снова опёрся о столешницу, буравя меня взглядом -смуглый, лохматый, заросший щетиной.

Настоящий Чёрный Человек. Некромант, разговаривающий с покойниками. Тот, рядом с которым всегда смерть.

- Как вы догадались? - спросила я точно так же, как он.

- По цвету глаз. У настоящей Эдит Миллард глаза были серые, а у вас - карие. Я поздно об этом вспомнил. Но и с самого начала догадывался, что с вами что-то не так. Особенно когда сиротка Эдит начинала рассказывать мне о том, что готовила по рецепту мамочки, и с радостью подтвердила, что её муж был человеком нелюдимым. А Бриско, как раз, очень любил повеселиться.

- Тут вы меня подловили, да, - признала я, и у судьи сразу стал такой довольный вид, что я пожалела, что под рукой нет замка. Или метлы. Но ладно, пусть попыжится от гордости. Горда птичка Пыжик. - Значит, вы считали, что я - покойница, которая не находит себе места?

Он помрачнел, взъерошил волосы и прошёлся от окна к столу и обратно, попутно пнув в угол попавшую под ноги пустую бутылку.