Весь Мегрэ. Том 3

Никто нигде не встречал Фернана — и это в районе, где он наверняка живет.

— Работайте, работайте, мои дорогие… Если кто-нибудь станет обо мне спрашивать… Скажем, позвонят из прокуратуры…

Мегрэ на минуту задумался.

— …Скажите, что я спустился вниз, в кафе. В конце концов скажите, что хотите. Все, что угодно."

"Ему сейчас надо побыть одному. Он хочет спокойно подумать. И пусть никто не мешает ему заниматься делом человека, которого он знал тридцать лет и с которым был почти дружен.

Глава 2

Редко когда комиссар Мегрэ говорил с кем-нибудь о своих профессиональных делах. Не верил он и в стройные теории, в которых улики связывались с подозрениями в компактное целое, так как по опыту знал, что ни одно дело не проходит гладко.

Лишь в обществе своего друга, доктора Пардона с улицы Попинкур, после общего обеда он выдавливал пару слов, которые можно было принять за откровенность.

Несколько недель назад Мегрэ до такой степени позволил втянуть себя в беседу, что дал выход своему ожесточению:

— Некоторые люди воображают, что мы только для того и существуем, чтобы хватать преступников и вытягивать из них признание. Это одно из наиболее ошибочных убеждений общественности, с которыми человек так осваивается, что ему даже и в голову не приходит сомневаться в них. А на самом деле наша роль заключается в том, чтобы охранять — прежде всего — государство, потом правительство, неважно, какое оно, это общественное достояние, и только потом уже — жизнь отдельных граждан. Ты когда-нибудь дал себе труд прочесть Уголовный кодекс? Надо добраться до 177-й страницы, чтобы найти параграфы, касающиеся преступлений против частных лиц. Когда-нибудь, когда буду уже на пенсии, я проведу точный подсчет этого. На глаз можно сказать, что три четверти, если не четыре пятых Уголовного кодекса посвящены вопросам движимости и недвижимости, фальшивым деньгам, выманиванию наследства и так далее… Словом, всему тому, что относится к деньгам… До параграфа 294, гласящего о «нищенствовании в общественных местах», за которым следует параграф 295, касающийся умышленного убийства.

Обед был превосходный, а вино «Сент-Эмилион», с незабываемым букетом, попросту великолепное.

— В газетах пишут прежде всего об уголовной полиции потому, что ее работа дает больше всего сенсационного материала. А на самом деле для министерства внутренних дел мы имеем меньшее значение, чем, например, отделы общей информации или финансовый. Мы играем примерно ту же роль, что и защитники по отношению к присяжным заседателям. Представляем лишь фасад, а настоящую, серьезную работу делают за кулисами специалисты по гражданскому праву.