Весь Мегрэ. Том 3

Он не мог определить его происхождения. Такое случалось с ним только в зимние морозные ночи.

Ему казалось, что это звонит будильник, хотя с тех пор, как комиссар перестал быть холостяком, он не ставил часы на ночной столик. Ночью к нему приходили туманные воспоминания — уже даже не из ранней молодости, а из раннего детства: как он маленьким мальчиком прислуживал в соборе и должен был вставать очень рано, чтобы успеть к мессе. В церкви надо было быть к шести утра не только зимой, но и летом, весною, осенью. Почему же остались в нем и постоянно всплывали воспоминания лишь зимней темноты, резкого холода, окоченевших пальцев и хрустевшей под детскими ботинками тонкой корочки льда, когда он шел в храм?

Рука, протянутая в темноте, перевернула стакан, стоявший на ночном столике рядом с кроватью, и тогда госпожа Мегрэ включила лампочку над изголовьем.

Звонил телефон.

— Алло? Кто говорит?

Было четыре часа утра, точнее пять минут пятого, за окном царила тишина, какая обычно бывает в очень холодные зимние ночи.

— Это я, Фумель, господин комиссар…

— Кто?

Мегрэ не расслышал. Кто-то говорил так тихо, что казалось прикрывал рот платком:

— Фумель, из шестнадцатого…

Он говорил приглушенным голосом, как бы опасаясь, что его услышит посторонний.

После непродолжительного молчания — комиссару Мегрэ явно ничего не говорила эта фамилия — голос добавил:

— Аристид…

Аристид Фумель — ах, это он! Мегрэ, уже совершенно проснувшийся, наморщил лоб: какого черта инспектор Фумель из шестнадцатого комиссариата будит его в четыре часа утра? И почему голос его звучит так таинственно?

— Не знаю, может быть, я не должен был звонить вам, господин комиссар… я уже сообщил моему непосредственному начальнику, комиссару полиции… Он приказал мне доложить прокурору, и минуту назад я говорил по телефону с дежурным вице-прокурором…

Госпожа Мегрэ уже встала, нащупала пальцами ног домашние туфли и, закутанная в стеганый халат, направилась на кухню, откуда через минуту раздался звук зажженного газа, а потом шум наливаемой в чайник воды.

— Не знаю, что делать… Господин вице-прокурор велел мне вернуться на место и ждать его. Тело обнаружил не я, а двое полицейских — патруль на велосипедах…

— Где?

— Слушаю.

— Я спрашиваю: где?"

"— В Булонском лесу… Рю-де-Пото… Вы знаете, где это? Эта дорога ведет на аллеи Фонтюнэ, неподалеку от Порт-Дофин… Мужчина… среднего возраста… Примерно моего… Насколько я понял, в карманах ничего нет, никаких документов… Тела я, конечно, не трогал… Не знаю почему, но мне кажется, что здесь что-то не так… И поэтому я позволил себе позвонить вам, господин комиссар… Хотелось бы только, чтобы в прокуратуре не знали, что это я вам звонил…

— Благодарю тебя, Фумель.