Весь Мегрэ. Том 3

 — Тут ему в голову пришла новая мысль. — Не вешай трубку. Пойди к Жакетте и попроси ее показать свои перчатки.

Старуха была набожна, и Мегрэ готов был поклясться, что на воскресную службу она ходит в перчатках.

— Жду у телефона.

И он ждал с трубкой в руке. Ждал довольно долго.

— Вы слушаете, начальник?

— Ну что?

— Она показала мне три пары.

— Не удивилась?

— Бросила на меня ядовитый взгляд, перед тем как открыть ящик комода у себя в комнате. Там я заметил молитвенник, двое или трое четок, почтовые открытки, медальоны, носовые платки и перчатки. Две пары белых нитяных.

Мегрэ так и видел ее летом, в белых нитяных перчатках и, без сомнения, с белым бантиком на шляпке.

— А третья пара?

— Из черной кожи, довольно потрепанная.

— Ну, до скорого.

Вопрос Мегрэ был связан с поручением, которое он дал Мерсу. Убийца Сент-Илера мог узнать из газет и журналов, что после выстрела в руки въедается порох.

Если стреляла Жакетта, не пришла ли ей в голову мысль надеть перчатки? А в этом случае — не избавилась ли она от них?

Для очистки совести Мегрэ погрузился в досье, так и лежавшее перед ним. Он нашел опись всего, что содержалось в ящиках и шкафах, предмет за предметом.

«Комната прислуги… Железная кровать… Старый стол красного дерева, покрытый бордовой бархатной скатертью».

Он водил пальцем по машинописным строчкам.

«Одиннадцать носовых платков с инициалом „Ж“.

Три пары перчаток».

Эти три пары она и показала Лапуэнту.

Он вышел, оставив шляпу, и направился к двери, соединявшей уголовную полицию с Дворцом правосудия.

Он никогда прежде не бывал у судебного следователя Юрбена де Шезо, который раньше работал в Версале и с которым до сих пор ему не приходилось сотрудничать. Он поднялся на четвертый этаж, где располагались кабинеты самых старых чиновников, и наконец обнаружил на двери визитную карточку следователя.

— Входите, месье Мегрэ. Очень рад вас видеть, я как раз думал не позвонить ли вам.

Ему было лет сорок, и он производил впечатление неглупого человека. На его столе лежало такое же досье, какое получил Мегрэ, и комиссар заметил на некоторых страницах отметки красным карандашом.

— У нас мало вещественных доказательств, не так ли? — вздохнул судебный следователь, приглашая комиссара садиться. — Мне только что звонили с набережной Орсе…

— Молодой месье Кромьер…

— Он сказал, что тщетно пытался связаться с вами, и спросил, откуда утренние газеты почерпнули информацию.

Позади Мегрэ секретарь печатал на машинке. Окна выходили во двор; в кабинет, наверное, никогда не заглядывало солнце.

— У вас есть что-нибудь новое?

Поскольку ему понравился судебный следователь, Мегрэ не стал скрывать от него своего уныния.

— Вы ведь прочли… — вздохнул он, показывая на досье.