Весь Мегрэ. Том 3

И принцесса мгновенно исчезла, словно растворилась в воздухе.

— Вы желали говорить со мной?"

"Чей это был кабинет? Скорее всего, ничей: по всему было видно, что тут никто не работал. Филипп де В. указал Мегрэ на стул и протянул портсигар.

— Благодарю вас.

— Вы не курите?

— Только трубку.

— Я обычно тоже. Но только не в этом доме. Мою мать это приводит в ужас. — В голосе его слышалась скука, может даже нетерпение. — Полагаю, вы хотите поговорить со мной о Сент-Илере?

— Вам известно, что его убили прошлой ночью?

— Жена только что сказала мне. Признайтесь, странное совпадение.

— Вы хотите сказать, что его смерть могла быть как-то связана с кончиной вашего отца?

— Откуда мне знать? В газете ничего не пишут о подробностях преступления. Полагаю, самоубийство можно исключить?

— Почему вы спросили? У графа были причины покончить с собой?

— Я не вижу ни единой, но никогда нельзя угадать, что у человека на уме.

— Вы его знали?

— Когда я был ребенком, мать как-то показала мне его. Потом мы встречались в свете.

— Вы говорили с ним?

— Никогда.

— Вы были на него в обиде?

— С какой стати?

Он тоже искренне удивлялся подобным вопросам. У него тоже был вид честного человека, которому нечего скрывать.

— Всю свою жизнь мать питала к нему некую мистическую любовь, которой не приходилось стыдиться. Мой отец первый улыбался, слыша об этом; даже бывал чуточку растроган.

— Когда вы приехали из Нормандии?

— В воскресенье после полудня. На прошлой неделе, после несчастного случая с отцом, я приезжал один, но потом уехал снова, видя, что жизнь его вне опасности. В воскресенье, когда мать позвонила мне и сказала, что он умер от приступа уремии, я был поражен.

— Вы поехали всей семьей?

— Нет. Жена и дети прибыли только в понедельник. Кроме, разумеется, старшего сына, который учится в школе.

— Ваша мать говорила с вами о Сент-Илере?

— Что вы имеете в виду?

— Мой вопрос, может быть, покажется смешным. Сказала ли она вам в какой-то определенный момент, что собирается выйти замуж за графа?

— Излишне было бы говорить об этом. Я уже давно знал, что, если отец умрет раньше матери, этот брак состоится.

— Вы никогда не вели такую же светскую жизнь, как ваш отец?

Вопрос, казалось, удивил его, и он задумался, прежде чем ответить.

— Кажется, я начинаю понимать, к чему вы клоните. Вы видели в журналах фотографии отца и матери, когда они прибывали с визитом к какому-нибудь европейскому двору, присутствовали на великосветской свадьбе или помолвке. Я, естественно, принимал участие в подобных церемониях в возрасте от восемнадцати до двадцати пяти лет. Последнюю дату я назвал весьма приблизительно. Потом я женился и уехал в деревню.