Весь Мегрэ. Том 3

— Если я вас правильно понял, вы хотели узнать, с какими людьми она встречалась?

— Прежде всего мне необходимо было узнать, видится ли она тайком с деверем. На этот счет узнать ничего не удалось. Тогда я решил проверить, где она бывает и как проводит время.

— Еще один вопрос, господин комиссар. Вы допрашивали Жинетту Меран в уголовной полиции. Если я не ошибаюсь, она вам заявила, что двадцать седьмого февраля, когда она вернулась домой около восьми часов вечера, муж ее был дома и уже успел приготовить ей ужин. Спросили вы у нее, как он был одет?"

"— Он был в серых брюках и в рубашке без пиджака.

— А в каком костюме пошел на работу после завтрака?

— В сером.

— В котором часу она ушла из дому?

— Около четырех.

— Значит, Меран мог в ее отсутствие прийти домой, переодеться, потом вернуться и переодеться снова?

— Практически это возможно.

— Теперь вернемся к вашему дополнительному следствию.

— Наблюдение за Жинеттой Меран ни к чему не привело. После ареста мужа она большую часть времени проводила дома, иногда только выходя за покупками или в тюрьму, чтобы снести передачу, да еще раза два-три в неделю холила в кино. Правда, повторяю, наблюдение не было постоянным, оно велось только время от времени. Не больше мы смогли узнать от соседей и рассыльных. Позавчера, вернувшись из отпуска, я нашел на своем столе в полиции рапорт. Нужно заметить, что мы никогда не выпускаем из виду дело, даже уже законченное, и иногда возникает необходимость кого-нибудь арестовать через два, а то и через три года после совершения преступления.

— Иначе говоря, в последние месяцы систематического наблюдения за Жинеттой Меран не велось?

— Совершенно точно. Но инспектора, прикрепленные к отелям, инспектора из «бригады нравов» и мои помощники по-прежнему носили в карманах ее фото и фото ее деверя и при случае кое-кому их показывали. И вот двадцать шестого сентября один из свидетелей узнал в мадам Меран свою постоянную клиентку.

Обвиняемый снова заволновался, Но на этот раз на него строго взглянул председатель. В зале послышался чей-то возмущенный возглас, вероятно, Жинетты Меран.

— Этот свидетель — Николя Кажу, содержатель меблированных комнат на улице Виктор-Массэ, в двух шагах от площади Пигаль. Обычно он сидит у себя в конторке, но через стеклянную дверь наблюдает за людьми, входящими и выходящими из дома.

— Его не допрашивали в марте или апреле, когда вызывали других содержателей меблированных комнат такого типа?

— Нет. Тогда ему делали какую-то операцию и его заменяла свояченица. Затем он на три месяца уехал на поправку в Морван, он оттуда родом, и только в конце сентября один из инспекторов на всякий случай показал ему фото.

— Фото Жинетты Меран?

— Да.